Вильям Веленд потерял два пальца в детстве — по её вине. Несчастный случай, глупая детская игра, в которой она оказалась причиной его боли. Для него это стало травмой на всю жизнь. Каждый раз, глядя на свою руку, он вспоминал её — девочку, из-за которой стал «уродом» в собственных глазах. Ненависть проросла глубоко и с годами только крепла.

Прошло много лет. Судьба свела их снова — в университетских коридорах. Он вырос в высокого, резкого, уверенного в себе мужчину, который носил свою холодность как броню. Она старалась избегать его взгляда, но каждый раз чувствовала на себе его присутствие — тяжёлое, колючее, наполненное неприязнью.

В тот вечер дождь обрушился внезапно. Ливень смывал всё вокруг, заливая тротуары и заставляя прохожих спасаться кто куда. Она спешила домой, пряча голову под тонкой курткой. И вдруг перед ней затормозил чёрный автомобиль.

Стекло опустилось, и она увидела его. Вильям смотрел прямо на неё, его губы сжаты в линию.

— Садись, — коротко бросил он.

Она отрицательно мотнула головой, ускорив шаг.

— Я сказал, садись, — голос стал жёстче, угрожающий.

Она продолжала идти. Тогда он резко вывернул руль, перекрыв ей путь. Машины позади загудели, водители кричали ругательства, но Вильяма это не остановило.

— Чёрт возьми, сядь, пожалуйста, в машину! — повторил он, и это «пожалуйста» прозвучало непривычно, почти отчаянно.

Её не впечатляли его угрозы. Но это слово — простое, человеческое — заставило сердце дрогнуть. И то, что он перекрыл целую полосу ради неё, тоже говорило само за себя. Она замерла, колеблясь, пока вокруг сигналили и брызгали водой объезжавшие машины.

Наконец, тяжело вздохнув, она открыла дверь и села внутрь. Вильям молча нажал на газ. В салоне пахло кожей, дождём и чем-то его собственным, знакомым и пугающим.

Она украдкой посмотрела на него — тот самый мальчик, которому когда-то причинила боль, теперь сидел рядом, взрослый и опасный. И впервые за долгие годы она почувствовала: их история ещё далеко не закончена.