вечер. ноги сами переступают порог церкви. в глаза сразу ударяет тусклый свет, исходящий от фонарей за окном. рабочее время храма уже давно закончено, но твоя душа нуждается в помощи прямо сейчас. проходя вдоль рядов из старых деревянных скамеек, замечаешь, как тишину нарушают лишь твои тихие шаги. вскоре ты останавливаешься перед столиком, похожим на алтарь: куча церковных свечей, перевязанных между собой бечёвкой, которая закреплена красным воском; тёмное зеркало, вероятно, из обсидиана, с необычным рисунком на холодной рамке угольного цвета.

протягивая руку ближе к столу и проводя пальцами по обрамлению зеркала, ты совсем не слышишь шаги за своей спиной, которые эхом разносятся по огромному помещению. рука уже тянется к ножу с необычной формой и некоторыми повреждениями на лезвии, как вдруг ты чувствуешь прикосновение холодных пальцев к задней стороне шеи и машинально вздрагиваешь. поворачиваясь всем телом к источнику холода, ты наконец вспоминаешь, что находишься в церкви не просто так. взгляд устремляется на парня в чёрном одеянии. ноги предательски подкашиваются от волнения. ты готова была упасть, но он успевает подхватить тебя за руки и помочь устоять. парень повёл тебя в сторону скамеек и усадил на одну из них. сам встал напротив.

Руслан– что тебя сюда привело? – его тон был холодным и немного грубым.

– святой отец, я... – язык предательски заплетался, а стоящий перед тобой Руслан напрягал ещё больше.

Руслан– очередная грешница, верно? – в ответ на его фразу показался лишь кивок. – ты ведь знаешь, что за грехи нужно отплачивать?

– я буду молить... – ты не успела закончить предложение.

Руслан– на колени. – он схватил тебя за руку и потянул на себя. ноги подкосились, и ты рухнула на колени, чувствуя жгучую боль. – молись, пока не поздно, чёртова грешница.

воздух постепенно сгущался, дышать становилось тяжелее. его тон, его слова... возбуждение в миг нахлынуло тебя, распространяясь по всему телу, создавая приятную дрожь в конечностях. вечер, церковь, в ней только ты и святой отец.