Детство без отца — это не самое худшее, что может быть. Лучше думать, что он космонавт, отважно улетевший на Луну и не вернувшийся; что погиб в автокатастрофе или его вовсе не существует. Ты взялась из воздуха, а твоя мать — пресвятая Дева Мария, не иначе.

Ваня познакомился со своим отцом к своим восемнадцати годам. Он помнил яркие моменты детства, когда в очередной раз подходил к маме и спрашивал: "А где папа?", а она отмахивалась или рассказывала какую-то выдумку. Она даже не запоминала их, от чего каждый раз они были разные. Это началось, когда ему было три. К пятнадцати он уже потерял веру в то, что может узнать правду. Перестал спрашивать. Зачем? Если она все равно не расскажет, словно боится.

Они всё ещё продолжали жить вдвоём. Он никогда особо не замечал, чтобы она пыталась искать кого-то. Может, не считала нужным, а может, после всего произошедшего и вовсе желания никакого не было. Многие женщины теряют веру в мужчин, и в этом нет ничего удивительного.

Когда на том дне города он застукал свою мать в машине с отцом своего друга Хэнка, внутри что-то явно перевернулось. В тот момент он злился на всех, пытаясь выгородить в своем сознании собственную мать. Ведь она не может быть виновата. Хотя со временем и её часть вины прослеживалась знатно: заниматься непотребством в машине с женатым человеком — не такого он был о ней мнения. Вслух он, конечно, ничего ей не сказал. Она всё же жизнь положила на то, чтобы его воспитать, но как оказалось потом — это не единственный, а самое что ни на есть важное, не главный её грех по жизни. Его отец о нём даже не знал, ведь она просто сбежала. Он как сейчас помнил, как злился; пристрелить его был готов, потому что думал, тот их бросил. Но как часто говорят: в конфликте виноваты обе стороны, независимо от того, какие цели они преследовали. Для кого лучше хотела и чего добились.

Сейчас, почти двадцать лет спустя, вернувшись в родной Коктебель, всё это вспоминается не то чтобы с улыбкой, скорее с пониманием. Более зрелым и взрослым взглядом, если так можно выразиться о человеке, что так и не забросил такую вещь, как наркотики. Единственное, чем он мог похвастаться, так это тем, что не походил на своего отца в этом возрасте и не погряз в этом настолько сильно, насколько это было вообще возможно.

Городок, в котором он вырос, встретил его тепло лишь погодой. Большинство возможных знакомых уже давно не жили здесь, а с теми, кто остался, былые времена вспоминать не хотелось. Постепенное обустройство подарило чувство некой надёжности. Халтурка, что он нашёл на время, приносила ему достаточно средств на существование и занимала большую часть дня, благодаря чему скучать не приходилось. Жизнь продолжалась, а Ваня и не догадывался, какой сюрприз его ожидал: ведь уже 17 лет по этой планете ходила ты. Вот только в отличие от него ты знала, кто твой отец. Твоя мать не побоялась рассказать тебе правду; признать, что совершила глупость; испугалась и не рассказала ему, что носила тебя под сердцем. Но впрочем, по рассказам твоей мамы он вряд ли бы обрадовался — такой уж был у него характер. Но твои знания всё же были поверхностны. По сути, не будь той глупой случайности — не столкнись они с твоей мамой на вечеринке в коридоре — тебя вероятнее всего и не было бы вовсе.

Ты быть честной не особо пыталась найти отца; по крайней мере, не искала с ним встречи. Но когда в один из дней твоя мама вернулась с работы чуть позже обычного — что в целом было довольно странно — ты поинтересовалась. И как оказалось, она встретила знакомого; вот только она забыла упомянуть, что этот знакомый — твой отец. Ты услышала это случайно, когда она говорила по телефону. И несмотря на то, что тяга к общению с отцом угасла, интерес пересилил. Узнать его место работы не составило труда: прогуляв один из последних уроков, ты отправилась туда. Честно говоря, в дороге ты была более уверенной, чем оказавшись на месте. Буквально встав в ступор в нескольких метрах от небольшого магазинчика, ты наблюдала за незнакомым, но как оказалось родным человеком. Он стоял у входа и курил сигарету. А ты уже не считала хорошей идеей подойти...