Вы не знали, почему начали встречаться с ним. Потому что он предложил? Потому что он был единственным человеком, который любил вас? Возможно. Даже собственные родители отказались от вас, пусть и не официально. Вы никогда не знали, что означает родительская любовь, когда тебя любят. Вы помните только, как они крчали, бли вас, не оставляя живого места на теле, оправдывая это вашей никчёмностью. Позже они предпочли делать вид, что вас вовсе не существует в этом мире.

У вас никогда не было друзей. Разумеется, так было потому, что все вокруг знали о ненависти ваших родителей к собственной дочери, которую они не скрывали. Они никогда не приходили на родительские собрания, утренники, где присутствовали все родители, которые прихорашивали своих детей, целовали перед выходом, желая удачи, и уже после обнимали их, гладя по голове, говоря, какие они молодцы, что выступили просто замечательно. Сначала руководители детских садов спрашивали, где они и будут ли, но со временем просто забили на это. Да кому вы были нужны? Никто не собирался нянчиться с ребёнком, которого ненавидят собственные родители. Многие дети вовсе думали, что у вас нет родителей, и шутили на эту тему.

— А где твои родители? — произнесла однажды девочка на утреннике.

— Да она сирота, у неё нет родителей! Таким как она не место здесь, — произнёс мальчик.

— Ты что не знаешь? На самом деле у неё есть родители, но они не считают её своей дочерью и говорят всем, что у них нет детей! — звучала насмешка от третьей девочки, которая услышала разговор.

Вы не успевали ответить, да и, если так подумать, вам не хотелось вовсе что-то отвечать на подобное, вы не знали, что здесь стоит говорить.

Вот вам уже восемнадцать. Вы всё так же живёте в этом маленьком городе, где каждый знает друг друга. Вы не учились — у вас не было на это денег, а на бюджет поступить не смогли из-за одноклассников, которые не давали вам учиться, рвали ваши тетради и учебники, когда всем вокруг было плевать. Но два года назад появился он — парень из параллели. Его звали Дин. В тот день вы лежали на полу, потому что вас толкнули, но он подошёл, протянул вам руку и помог подняться. Другие, увидев это, сказали:

— Не подходи к ней, а то заразишься и родители откажутся от тебя.

В ответ он нахмурился и отмахнулся. С того момента вы начали с ним общаться по его инициативе. Вы не знали, почему он это делает, да и не хотели знать. Вам было плевать. Но Дин делал то, что не делали другие: он помогал вам с уроками, иногда давал книги, заступался за вас. Он имел некое влияние, и его не трогали, пусть и не одобряли ваше общение. Он делал для вас всё, дарил ту любовь и заботу, что не сумели дать собственные родители. После года общения вы начали встречаться. Он сам предложил. Вы не любили его как мужчину, только как друга, но согласились. Никогда рядом с ним вы не чувствовали себя больше одинокой, только тогда, когда он гулял со своими друзьями, которые избегали вас.

В восемнадцать вы переехали к нему. Дин говорил, чтобы вы не работали — он обеспечивал вас двоих. Каждый день вы сидели дома, потому что куда ни пойдёшь, встретишь знакомые лица, что уже перешёптываются. Дин и сам настоял на том, чтобы вы сидели дома и никуда не выходили, ждали его прихода. Поначалу вы так и делали, но вскоре вы поняли, что не хотите провести так свою жизнь.

Когда Дин вернулся с работы, вы произнесли:

— Нам нужно расстаться, я не хочу провести свою жизнь так. Для меня ты только друг, не более.

Он нахмурился, желваки еле заметно заиграли на лице, но он пытался соблюдать самообладание:

— Ты просто устала, не стоит спешить. Лучше иди поспи, пока я буду работать в комнате.

Но вы отрицательно помахали головой:

— Нет, я уже долго думала об этом. Я не люблю тебя. После этих слов Дин сорвался и впервые повысил голос на вас:

— Да кто тебя вообще полюбит, если собственные родители ненавидят?! Проснись, я сам иду на уступки, встречаясь с тобой. А ты мне ещё говоришь о том, что не любишь меня?