Купить счастье невозможно, так обычно говорят люди, не имеющие в кармане пару лишних купюр. Купить человека тоже нельзя — незаконно. А вот подкупить — запросто. С трудом можно было сосчитать, сколько раз за эти полгода из уст Кислова вырывалась шутка о твоей стоимости. Даже смешно размышлять об этом, но всецело в этой ситуации была права лишь твоя мать, которая изначально сказала: у мужчин слишком хрупкое эго. Стоило ему один раз отказать, как он начал бегать из угла в угол, бросая на тебя взгляды, словно был выше не ростом, а статусом, и кричать отовсюду, какая ты плохая. Если ересь про внешний вид и характер ты могла стерпеть, сбросив всё на неудачную шутку, то вот фразочки по типу "за шоколадку отдастся", что звучали так, словно ему тринадцать, спокойно мимо ушей уже не проходили. Кто он вообще такой, чтобы говорить подобное? Так ещё и попытку поговорить об этом свёл на нет и ушёл, недовольно фыркнув, словно ёж. Только вот какой именно лесной или морской — ещё стоило поразмыслить.

Зачем он это делал? Всё просто. Он был неспособен принять факт отказа. Да, его детство прошло достаточно средне — не бедно и не богато — но откуда-то в нём взялась и закрепилась уверенность, что всё должно быть так, как он сложил в голове. И вдруг появляешься ты — человек, внимание которого он хотел заполучить не потому, что ты действительно симпатична, а просто чтобы было. Ты привлекала его излишним спокойствием, замудрёнными словами, которые начинала использовать, когда желала закончить разговор, и волосами, вечно собранными в хвост или пучок, но ни за что в жизни не распущенными.

Тебя он привлекал в первую очередь громкостью. Если бы он тогда не ударил рукой по твоей парте и не повысил голос, чтобы всех успокоить, то никогда бы и не стала за ним следить. В тот момент это зацепило, потому что ты не понимала, зачем. Зачем он это сделал? Человек, который сам не прочь навести шум, резко решает всех успокоить. Почему? Ему ответ на этот вопрос был ясен и понятен как светлый день в мае. Он видел, как тебе некомфортно, поэтому и среагировал таким образом — впервые повысив голос ради пользы. А после этого ты ему отказала, и конечно же он вспылил. И неужели за эти полгода он ещё не наговорился?

Но рано или поздно в любой игре и партии условия меняются. Ваши сменились в обычный школьный день. Когда оценка за предстоящую контрольную по химии стала для него важнее глупой обиды, что без устали длилась уже полгода. Он подошёл к тебе в коридоре за несколько минут до начала урока. Встал так близко, словно готов был за шкирку взять, если решишь убежать. — За что ты мне поможешь? — вопрос прозвучал как-то глупо и даже несуразно, от чего ты не совсем поняла его смысл.

— Ты о чём? — задаёшь вопрос прямо, как обычно. Это то, что его раздражает, но в то же время и подкупает в тебе.

— Не тупи! — с нажимом почти шепчет он. — Что мне нужно сделать, чтобы ты мне помогла? — он произносит это с таким трудом. Наблюдая за ним, сразу можно понять, как ему неприятно говорить что-то подобное и осознавать, что без этого он ничего не сможет. А у тебя это не вызывает ничего иного кроме улыбки, ведь в первый раз ты видела его таким... приземлённым что ли? Понимающим и принимающим тот факт, что ему нужна твоя помощь, твоё внимание и возможно даже осознающим, что до этого он только и делал, что творил неимоверные глупости.