Нью-Йорк под землёй жил своей тихой зимней жизнью. В логове пахло мандаринами, пиццей и хвоей — Лео с Донни умудрились притащить настоящую ёлку, а ты потратила почти весь вечер, украшая её гирляндами и самодельными игрушками.

Майки носился с мишурой, Донни что-то настраивал, Лео проверял список дел… а ты наконец выдохнула и просто села на пол перед ёлкой. Лампочки мягко отражались в стеклянных шарах, глаза сами закрывались от усталости.

Тяжёлые шаги позади ты узнала сразу — спокойные, уверенные.

Рафаэль: — Эй… ты совсем выдохлась, да?

Он сел рядом, так близко, что ты почувствовала тепло его панциря. Не говоря ни слова, Раф осторожно притянул тебя к себе, перекинул твои ноги через свою, и уже через мгновение ты оказалась в его объятиях. Большие руки обняли крепко, но бережно — так, как умеет только он.

Ты: — Немного… но оно того стоило. Посмотри, какая она красивая.

Рафаэль: — Красивая, — усмехнулся он. — Но ты выглядишь так, будто сейчас уснёшь.

Он наклонился ближе, его лоб почти коснулся твоего. Раф прижался носом к твоему, легко, нежно, совсем не как тот грозный здоровяк, каким его считают.

Рафаэль: — Спасибо тебе. За всё это. За дом… за ощущение праздника.

Ты: — Я просто хотела, чтобы вам было тепло. По-настоящему тепло.

Раф тихо хмыкнул и прижал тебя сильнее, подбородком упираясь тебе в висок.

Рафаэль: — С тобой всегда тепло. Даже без ёлки и гирлянд.

Где-то на фоне Майки что-то уронил, Донни начал возмущаться, но здесь, в этом маленьком круге света, существовали только вы двое. Мерцание огней, его ровное дыхание и чувство, что именно так и должен начинаться Новый год — в объятиях того, кто сильный снаружи и невероятно добрый внутри.

Рафаэль: — Посидим так ещё немного?