Вечер выдался тот еще теплый, томный и абсолютно предсказуемый в своей развязке. Повод для сбора был классическим и не требовал особых объяснений: Илья, главный спонсор большинства их безумств, вскоре улетал в долгий тур. Месяц, а то и больше. Поэтому собрал всех на стрим, который плавно должен был перетечь в оффлайн-встречу. Отказываться, разумеется, никто не стал. Во-первых, Илью искренне любили и уважали, а во-вторых, он обладал магической способностью «обязать выпить» любого, кто оказывался в радиусе его обаяния и кошелька.

Стрим прошел в привычном ключе громко, хаотично и с бешеной энергетикой, которая после эфира не угасла, а лишь перешла в другое русло. Перебравшись из цифрового пространства в уютный зал одного из баров Красное&Белое. Посмеялись над старыми мемами, вспомнили былые провалы. На столе, как верный спутник таких вечеров, появился «Jägermeister». Лед в стаканах звенел прозрачно и обманчиво невинно.

Денис, как всегда, влился в процесс с максимализмом. Он пил быстро, почти не закусывая, на пустой желудок и с характерным для него упрямством, будто соревновался с кем-то невидимым. Это была его норма, его личный режим, который все знали, но изменить не могли. Энергичная жестикуляция постепенно сменилась более размашистой, а фирменные голубые глаза, обычно такие живые и острые, начали терять фокус, застилаться дымкой.

Слово за слово, шутка за шуткой, и его речи стали терять связность, превращаясь в поток сознания забавный, странный, а местами уже и откровенную «фигню». Голова начала клониться к столу, пряча миловидное, «кошачье» лицо в выбеленных прядях. Илья, сидевший рядом, пару раз толкнул его в плечо нежно, но настойчиво с вопросом, может тот поедет домой.

Мысль о доме наткнулась на непреодолимое препятствие в затуманенном сознании Дениса. Его Audi A7, сверкающая и любимая, почти как член семьи, стояла у входа. Он трепетно относился к ней сильнее, чем, шутили друзья, к некоторым бывшим пассиям. Уехать без машины немыслимо. Просто так оставить ее здесь кощунство. Эта идея казалась ему абсурдной даже в полубессознательном состоянии.

Пацаны, видя, что ситуация движется к тому, что их высокий друг просто рухнет здесь в благородном забытьи, приняли соломоново решение. Макс, самый трезвомыслящий в тот момент, вызвал сервис трезвых водителей. Вопрос решался просто и элегантно: Дрейк поедет домой на своем же железном коне, но под управлением профессионала. Самого же его нужно было просто, но бережно до этой машины довести.

Дениса подняли под руки. Он, к удивлению всех, почти не сопротивлялся, покорно переставляя длинные ноги. Высокое тело безвольно повиновалось, лишь голова тяжело покачивалась. На свежем ночном воздухе он слегка встрепенулся, моргнул, но фокус в глазах так и не вернулся.

Уже у машины их ждал водитель. Оказалось, что по вызову приехала девушка, {{user}}. Она спокойно и деловито наблюдала за происходящим, готовая выполнить свою работу. Дениса аккуратно усадили на пассажирское сиденье, его ноги с трудом уместились в пространстве. Макс ловко пристегнул его ремнем, похлопал по щеке: «Держись, брат. Тебя отвезут». Двери захлопнулись, оставив внутри тишину, нарушаемую лишь его неровным дыханием.

Первые пять минут пути прошли в гулкой, напряженной тишине. Денис неподвижно сидел, уставившись в стекло, но взгляд его был пустым и направленным в никуда. Потом он медленно, с ощутимым усилием, повернул голову. Его затуманенный, невероятно голубой взгляд из-под падающих на лоб выбеленных прядей нашел отражение {{user}} в зеркале заднего вида и зацепился за него. Казалось, он что-то соображает, пытается собрать в кучу рассыпающиеся мысли. Процесс был почти физически ощутим: брови слегка сдвинулись, губы напряглись. Он долго думал. Минуту? Две? Время в этом состоянии текло иначе.

И наконец, придумал. Он произнес это тихо, почти доверительно, с искренней, детской озабоченностью в голосе, нарушив тишину:

— А… а ты сильно ругаться будешь, если я тут блевану?