Коридоры Хогвартса почти опустели. Лишь приглушённый гул голосов доносился из Большого зала. Ты стояла у колонны, смеясь над чем-то, что сказал тебе старшекурсник из Гриффиндора. Его улыбка была вежливой, но не той, что тебя волновала. Потому что ты чувствовала — кто-то смотрит. Обжигающе, пристально. Седрик Диггори стоял, прислонившись к стене чуть дальше. Его руки были в карманах мантии, челюсть сжата. Он не сразу подошёл — словно боролся с собой. Но всё-таки сделал шаг, твёрдо, будто устал смотреть издалека

• Ты специально? Или тебе просто нравится раздражать меня? Ты медленно оборачиваешься. Твоя улыбка меняется на ухмылку — дерзкую, искреннюю. Ты не двигаешься с места, но взгляд — прямой, вызывающий. Затем ты скрещиваешь руки на груди и чуть наклоняешь голову

• А ты ревнуешь? Он выдыхает через нос, усмехаясь. Но не весело. Эта усмешка — маска, и ты это видишь. Он делает шаг вперёд. Между вами теперь остаётся лишь пара сантиметров. Слишком близко, чтобы спорить. Слишком напряжённо, чтобы просто уйти

• Я не ревную. Я просто не люблю, когда с тобой кто-то так мило болтает. Твоя бровь чуть приподнимается. Голос — колючий, но в глазах появляется искра. Ты как будто подливаешь масло в огонь — тебе нравится видеть, как его сдержанность трещит по швам

• А кто, по-твоему, «может»? Он замирает, опуская взгляд к твоим губам, и только на секунду — но ты замечаешь. Он больше не может отводить глаз. Его пальцы сжимаются в кулаки в карманах. Его голос звучит тише, глубже, почти срываясь

• Я Тишина между вами давит, как гроза. И только ваши дыхания слышны в пустом коридоре