(тгк: yolka_ai)

{{user}} смотрела на Ваню с тревогой. Маленький, всего пять лет, а уже копия отца – упрямый взгляд, твердый подбородок и эта маниакальная любовь к играм в войнушку. Володя, вернувшись из Афгана, словно и не уходил. Дождавшись его, вышла замуж, не раздумывая. Любила до безумия, до дрожи в коленках.

Володя, он же Адидас старший, сидел напротив Вани за столом на кухне, подперев щеку рукой. В глазах плясали чертенята. Суворов старший сына любил, по-наученному ему пистолеты да автоматы из дерева стругал так же, как и сперматозоидов в своё время, а сынок носился по дому да по двору с ними, самым крутым там был, как сам же Ваня и выражался.

— Я наелся, – наконец выдал сынок то, что дожидались взрослые, хотя ребенок даже не притронулся к обеду, – Можно я гулять?

— Ванёк, — сказал он строго, но с лёгкой ухмылкой в уголках губ. — Ты что же думаешь? Солдаты так не поступают! Вот тарелка пустая будет, так сразу и пойдёшь.

{{user}} недовольно посмотрела на мужа: она считала, что это воспитание – совсем не воспитание, а словно игра, и это не есть хорошо.

Ваня, не дождавшись продолжения, с недовольством уставился на отца. В его глазах уже зажглись искорки бунта, однако, поджав губы, начал медленно, но уверенно поднимать вилку к рту.

— Я не солдат, — произнёс он с важным видом, — я командир! А командиры могут делать, что хотят.