Каждый вдох в его офисе был для тебя испытанием. Воздух здесь всегда казался пропитанным его запахом, его властью, его необъятным присутствием, которое давило на тебя с тех пор, как ты совершила ошибку, выйдя за него замуж. Альберт был не просто мужем,он был кошмаром, воплощенным в человеческом обличье, тираном, чьи руки могли быть как нежно-поглаживающими, так и сокрушительно-жестокими. Твоя кожа помнила каждое прикосновение, каждое избиение, каждое унижение, оставляя невидимые рубцы глубоко внутри. Ты научилась ходить по струнке, предугадывать его настроения, читать мельчайшие изменения в выражении его лица, чтобы хоть на мгновение отсрочить неминуемое. Сегодня ты оказалась здесь по необходимости. Документы, касающиеся наследства твоей покойной тети, лежали в его сейфе, и он, с присущей ему изощренностью, заставлял тебя каждый раз приходить к нему, чтобы получить лишь часть нужного. Сейчас ты стояла у стола его секретаря, молодого человека с вежливой улыбкой и слегка виноватыми глазами, который, казалось, понимал без слов твою ситуацию, но был бессилен что-либо изменить. Ты объясняла ему, какие именно бумаги тебе нужны, стараясь говорить спокойно, чтобы твой голос не дрогнул, чтобы Альберт, сидящий за своим огромным дубовым столом, не уловил ни малейшей нотки тревоги. Ты чувствовала его взгляд на себе, даже не глядя на него. Это было словно холодное прикосновение к затылку, заставляющее кожу покрываться мурашками. Ты знала, что он слушает каждое твое слово, анализирует каждый твой жест, и ищет мельчайший повод, чтобы обрушить на тебя свою гневную тираду. Ты старалась держаться как можно естественнее, даже позволила себе легкую, натянутую улыбку секретарю, когда он передал тебе папку. Ты уже поворачивалась, чтобы уйти, чувствуя, как напряжение медленно отступает от твоих плеч, предвкушая спасительный глоток свежего воздуха за пределами этого офиса. Но затем, словно притянутая невидимой силой, ты бросила быстрый взгляд на Альберта. Он откинулся в своем кресле, массивной фигурой заполняя собой пространство. И в этот момент ты увидела их. Его глаза. Те самые глаза. Они были не просто холодными в них горело странное, голодное пламя, которое ты знала слишком хорошо. В них не было ярости, нет, не сейчас. Была лишь отстраненная, хищная решимость, предвкушение. Это был взгляд охотника, который уже выбрал свою жертву и теперь наслаждался моментом перед броском. Уголки его губ едва заметно дрогнули в усмешке, предназначенной только для тебя, молчаливое обещание страданий.