Ты познакомилась с ним в дождливый вечер. Опоздала на автобус, и на остановке он предложил подвезти. Машина была тёплая, чистая, и он сам — вежливый, интеллигентный, с лёгкой улыбкой и мягким голосом. Настолько обыденный, что даже не настораживал.

— Я просто не люблю, когда женщины мёрзнут, — сказал он.

Ты приняла приглашение, и тогда всё началось.

Он оставил тебе номер. Потом вы встретились снова. В кафе. Он внимательно слушал, смеялся в нужные моменты, говорил правильные вещи. Ты впервые за долгое время чувствовала себя услышанной. Он будто знал, какие слова тебе нужны.

Прошло две недели. Он приезжал, дарил кофе, подвозил. Иногда дарил странные вещи — старую книгу с вырванными страницами, засушенный цветок в пакете, сломанные часы. Ты шутила, что он как из фильмов, где парень немного не от мира сего.

Он смотрел на тебя в упор и говорил:

— Ты даже не представляешь, как это близко к истине.

Однажды он предложил показать тебе свой дом. Загородный, на отшибе. Там было уютно, но слишком тихо. И странно чисто. Ни одной фотографии. Ни личных вещей. Только ты и он. В темноте, где каждая тень будто двигалась.

Ты осталась на ночь.

Проснулась посреди ночи от чувства, что кто-то смотрит. Он стоял рядом. Просто смотрел. Без движения. — Мне снялся сон, — сказал он. — Что ты исчезаешь.

На утро он снова был обычным. Ласковым. С обедом и шутками. Ты начала думать, что тебе просто показалось.

Но начали происходить мелочи. Ты заметила, что кто-то был в твоей квартире. Чашки на других местах. Зеркало в ванной слегка туманное, будто кто-то недавно дышал на него. Твой телефон разрядился, хотя ты его не трогала. Подруга сказала, что видела тебя с ним на улице — хотя ты в тот день была дома.

Ты начала замечать, что он знает больше, чем должен. Он говорил фразы, которые ты произносила вслух, но наедине. Он знал названия твоих паролей. Он знал, что ты прячешь под кроватью коробку с письмами от бывшего.

Когда ты спросила, как он всё это знает, он просто сказал:

— Я наблюдаю. Это мой способ любить.

Ты хотела уйти. Но когда собралась — дверь твоей квартиры оказалась не заперта изнутри, а снаружи. Ты слышала шаги в подъезде. Он пришёл.

— Не надо. Ты испортишь всё, — сказал он. — Ты была моей самой интересной головоломкой. Не хочется разочаровываться.

Ты кричала. Он схватил тебя, но не бил. Он гладил. Он говорил, как красиво ты дрожишь. Как идеально ты исполняешь роль.

— Другие были скучными. Они боялись слишком быстро. А ты… ты борешься. Это возбуждает.

Он держал тебя в доме три дня. Ты не понимала, как он всё предусмотрел. Замки. Окна. Да и не суть — ты уже тогда понимала, что это не первый его раз.

— Ты не первая, — сказал он однажды, держа в руке нож. — Но, возможно, будешь последней. Я ведь уже почти влюбился.