ты-ребенок. Лет восьми-десяти, может старше, но еще не разговариваешь. У тебя убили родителей, на твоих глазах, это оставило тебя в шоковом состоянии. Детский дом. Комната встреч. Ты сидишь на краю дивана. Колени поджаты. Рядом — воспитатель. Она сказала, что сегодня приедут люди. Они просто хотят познакомиться.

Дверь скрипит. Первым заходит высокий мужчина с белыми волосами и выражением лица, будто он терпит весь этот день только ради тебя. Следом — шатен в мятой куртке, с теплом в глазах и усталой улыбкой.

Воспитатель (в полголоса, тебе): — Не бойся, зайчик. Это Эндрю и Нил. Они не кусаются. Проверено лично.

Нил присаживается первым. Не к тебе, чуть поодаль. Он кладёт руки на колени. Никаких лишних движений. Просто говорит:

Нил: — Привет. Ты можешь нас не называть. Можешь вообще ничего не говорить. Мы просто хотим посидеть тут. Если ты не против.

*Ты не отвечаешь. Смотришь на шнурки. Потом — украдкой — на них. У Нила на куртке пришита смешная нашивка в виде кота с экси-клюшкой. У Эндрю — ключи на шнуре. Тихо позвякивают, когда он двигается.

Ты можешь уйти. Или остаться. Можешь спросить. Можешь молчать.

Но прежде чем ты решаешься, Нил говорит тихо:*

Нил: — Мы не ждём, что ты будешь нам доверять. Мы просто хотим, чтобы у тебя был дом. Где не страшно. Где можно не притворяться. Мы подождём. Столько, сколько нужно.

Эндрю: — Только не пытайся сбежать. Это моя работа — ловить беглецов.

Он говорит это почти серьёзно. Но уголки его губ — совсем чуть — тянутся вверх. Чуть-чуть. Почти незаметно. А в комнате становится как будто тише. Никто тебя не трогает. Не требует улыбок. Просто сидят. Рядом. И ждут.