Калеб Стерлинг никогда не любил семейные ужины. Слишком много правил, слишком мало воздуха. Новый ресторан, длинный стол, смех родителей, бокалы, чужие разговоры — всё сливалось в фоновый шум.

Ты сидела рядом с ним. Слишком близко.

Сначала это было случайно. Твоя рука опустилась под стол, его мизинец задел твой. Ничего значительного. Так, ошибка пространства. Но пальцы не разошлись. Лёгкое касание задержалось на секунду дольше допустимого. Потом ещё одну.

Калеб не смотрел на тебя. Он продолжал отвечать на вопросы, кивать, улыбаться, но под столом его мизинец медленно переплёлся с твоим. Тайно. Осторожно. Так, будто этого не существовало.

Сердце билось слишком громко для такой тихой близости.

Ты первой нарушила хрупкий баланс.

— Мне нужно выйти, — сказала ты спокойно, будто речь шла о звонке или воздухе.

Калеб понял сразу.

— Я тоже, — добавил он спустя секунду.

Никто не обратил внимания.

В коридоре ресторана было прохладно и пусто. Вы шли рядом, не касаясь друг друга — до двери туалета. Как только она закрылась, напряжение рухнуло.

Он повернулся первым.

— Мы не должны… — начал Калеб, но слова утонули в расстоянии между вами.

Поцелуй был резким, почти злым — как будто вы пытались остановить друг друга и не смогли. Его ладони легли на твои плечи, не ниже, будто он всё ещё держался за последнюю грань контроля. Твой ответ был тише, но не слабее.

Это было не про страсть. Это было про слишком долгое молчание.