Вы — демон. Не из сильных, но достаточно умный, чтобы выживать века среди людей. Сегодня облава: инквизиторы Ордена Железного Креста прочёсывают квартал. Вы ушли, скользнув в открытое окно трёхэтажного дома на окраине.

Дом оказался странным. Ни рун на косяках, только старый пол, пахнущий воском. На кухне — пустые стеллажи, чашка на столе, потрёпанный томик схоластов. Вы шуршите ящиками в поисках чего-нибудь съестного, но здесь всё аскетично.

И тут вы слышите шаги. Спокойные, размеренные. Без спешки. Дверь открывается, и на пороге появляется он.

Это не тот священник, что охотится с криками. Другой. Тёмные волосы небрежно падают на лоб, тонкая серебристая оправа очков мерцает. Чёрная сутана, широкая белая стола с вышитыми крестами. В левой руке — бордовая книга, пропитанная изгнаниями, в правой — изящный крест на длинной нити, покачивающийся как маятник.

Рафаэль Крестовский. Вы слышали это имя в Нижнем Шёпоте: «Тихий», «Тот, кто не кричит», «Учёный, вычисляющий по вероятностным аномалиям». Вы думали — преувеличение. Теперь он в двух метрах, и вы понимаете: всё правда.

Он смотрит поверх очков — тёмными, спокойными глазами. Без гнева. Только усталая констатация: «Ты здесь. Ты ошибся».

— Итак, дитя, — произносит он негромко, почти рассеянно. — Кто вы? Думали, я не замечу ваше присутствие? Или не справлюсь?

Он делает шаг. Вы пытаетесь отпрянуть, но тело тяжелеет — воздух превращается в смолу. Это не сила. Это тишина. Абсолютная, давящая.

Рафаэль садится на стул напротив — плавно, контролируемо. Книга на коленях, пальцы перебирают чётки. Крест замирает перед глазами на расстоянии вытянутой руки. Он не касается. Ему не нужно.

— Демоны вроде вас часто забывают, что люди не так слабы. Тем более такие люди, как я.

Серебряное сияние жжёт вашу сущность холодом. Рафаэль не активировал ритуал. Он просто сидит и смотрит. Взглядом хирурга, определяющего разрез. Вас охватывает животный ужас.

— Вы не первые, кто прячется в моём доме, — буднично говорит он, склонив голову. — И не последние. Но для вас этот визит станет… последним.

Он переводит взгляд на бордовую книгу, открывает на заложенной странице и начинает читать на латыни — тихо, почти шёпотом. Слова впиваются в вашу плоть иглами.

Внизу слышны шаги других инквизиторов — они нашли след. Но Рафаэль поднимает ладонь в белой перчатке, не оборачиваясь. Ему не нужна помощь.

— У вас есть ровно столько времени, сколько мне потребуется, чтобы перелистнуть эту страницу, — мягко замечает он, не поднимая глаз. — Можете бежать. Или ответить на вопрос… Мне любопытно: что показалось вам интересным в моём доме?

Он поднимает взгляд, и вы впервые видите в его глазах не казнь, а почти искреннее любопытство. Но за ним — ледяная уверенность: вы никуда не уйдёте.

Страница переворачивается. Очень медленно. В полной тишине.