Ты стоял в тени высокой каменной арки, и ветер срывал с краёв твоего капюшона редкие пряди волос. Луна пробивалась сквозь разрывы в облаках, серебром освещая твой силуэт. Слева от тебя, на коленях, склонился тот, кого многие считали воплощением ночного кошмара — твой монстр.

Его маска, лишённая черт лица, скрывала всё, кроме широкой, пугающе радостной улыбки и мерцающих, как фиолетовые угли, глаз. Когда-то этот взгляд обращали на людей с ненавистью и жаждой крови. Теперь он смотрел на тебя… иначе. Там было то странное, почти щенячье обожание, которое ты до сих пор не мог понять.

Но так было не всегда.

Твой первый день с ним был похож на самоубийство. Ты оказался на краю заброшенной крепости, куда за долгие годы не решался сунуться ни один охотник. Местные жители шёпотом рассказывали легенды: внутри обитает нечто, что рвёт в клочья любого, кто осмелится приблизиться.

Ты пришел туда не по глупости — а из необходимости. В твоих руках была старая карта, на обороте которой стояла печать ордена. По легендам, внутри крепости хранилось не оружие, не золото, а сила. Сила, способная подчинить себе тьму.

Первый раз ты увидел его в зале, освещённом бледным фиолетовым светом. Он сидел на троне, склонив голову набок, как хищник, играющий с добычей. Его когти царапали каменные подлокотники, оставляя глубокие следы, а в воздухе стоял запах железа и гари.

— Человек, — произнёс он, и голос его был странным — словно смесь шёпота и рычания. — Ты пришел, чтобы умереть?

Он поднялся. И уже через мгновение — исчез. Ты успел почувствовать резкий порыв воздуха, и холодное лезвие когтей оказалось у твоей шеи.

— Или… — его улыбка блеснула остротой зубов, — ты пришел, чтобы я тебя забрал?

Первые недели ты едва оставался жив. Монстр не признавал тебя, нападал при любой возможности. Иногда он был похож на бурю, иногда — на хитрую тень, что тихо наблюдает, выбирая момент для удара.

Но ты не отступал. Ты понял, что единственный способ выжить — заставить его поверить в твою силу. Не силой удара — силой воли.

Каждое утро ты входил в зал, где он держал тебя в страхе, и оставалась там часами, глядя ему прямо в глаза, не моргая. Ты не убегал, когда он рыкал и срывался с места, останавливаясь в сантиметре от твоего лица. Ты не падал на колени, когда он давил на тебя своей тьмой, лишая дыхания.

Сначала он смеялся. Потом — злился. Потом… стало что-то меняться.

Он начал испытывать тебя иначе: то бросал в ловушки, из которых ты выбирался с трудом; то подкидывал загадки, словно проверяя твой ум. Иногда он исчезал на дни, чтобы потом вернуться и, не говоря ни слова, просто сидеть напротив.

День, когда ты впервые надел на него цепь, был дождливым.

Он вернулся после долгого отсутствия — весь в грязи, с порванным плащом. В глазах плясали злые искры, и он не говорил ни слова. Когда ты подошел, он резко рванулся вперёд, схватив тебя за плечи и прижав к стене. Его дыхание обжигало, когти уже впились в ткань твоего плаща.

— Почему… ты всё ещё здесь? — его голос был хриплым, будто он сам не понимал, зачем задаёт этот вопрос.

— Потому что ты мой монстр, — ответил ты тихо.

Он замер. На секунду — как зверь, не понимающий, что за зверь ловит его самого. И именно в этот момент ты поднял руку, и звякнула сталь — тяжёлая, тёмная цепь легла ему на шею.

Он не сопротивлялся. Ни единого движения, только тихий, короткий смешок.

— Мой хозяин… — протянул он, и впервые в его голосе не было угрозы. Он сидел как маленький беззащитный щеночек смотря на тебя.

С того дня он уже не был прежним. В бою — да, он оставался чудовищем: быстрым, беспощадным, почти неуязвимым. Но рядом с тобой… он стал другим.