Вписка была в самом разгаре. Музыка, смех, дым сигарет, курящих явно не никотин, а что покрепче. Киса, уже успевший принять ЛСД, полулежа на диване, привалился к девушке, которая, выпив впервые, явно раскрепостилась.

Её щёки горели, глаза блестели, а смех стал громче и свободнее. Она, всегда тихая «серая мышка», теперь казалась другой — живой, яркой.

— Ты, лапуль, красотка, — Киса ухмыльнулся, поправляя серьгу в ухе. — Не думал, что ты такая… огонь.

Она засмеялась, слегка пошатываясь. — А ты, Кис, всегда такой… такой… — она запнулась, пытаясь подобрать слова.

— Красавчик? — подсказал он, смеясь. — Да я знаю.

Она толкнула его в плечо, но он лишь притянул её ближе. Его рука легла на её талию. «Серая мышка» не сопротивлялась, её голова легла ему на плечо.

— Ты же бабник, — прошептала она, но в её голосе не было обиды.

— А ты мне нравишься, — ответил он, глядя на неё своими щенячьими глазами. — Не такая, как все.