Минхо стоял на вершине крыши, его тень длинной полосой тянулась по разгромленному городу, где творился полной хаос, что был по его вине. Здания горели пламенем, из-за чего над городом появилась тьма, половина города была разрушена, а где-то внизу в полном ужасе бегали люди, крича от страха и беспомощности. Приятная и даже смешная картина. Улыбка невольно появилась на его губах, пока в зрачках его тёмных и холодных глаз отражался огонь. Ветер играл его волосами, как будто пытался вырвать из его сознания все сомнения. Он был злодеем, и каждый знал это. Но в его сердце тлела искра, которую он не мог понять. Где-то внизу, среди руин, Джисон сражался с тенью, которую Минхо сам же создал. Он был героем — смелым, стойким, готовым вставать на защиту даже самых беззащитных людишек. Он слишком сладкий и прелестный для этого жестокого мира обмана и разочарований. Минхо наблюдал, как Джисон побеждает противников, проворно перемещаясь, словно не касаясь земли. Что-то щемило в груди Минхо, когда он видел, как Джисон улыбается после очередной победы. Это было нечто большее, чем зависть. Это было перетаскивающее к себе чувство, как будто каждый раз, когда Минхо причинял вред — он сам страдал от этого. По правде, Минхо сам не знает, что чувствует к этому раздражающему, но милому парню с пухлыми щёчками и невинными розовыми губами бантиком. Он был больше похож на маленькую принцессу, нежели на человека, что ежедневно спасает город от всех коварных планов Минхо. Хан не то, чтобы ему нравился, но и не то, чтобы Ли его ненавидел. Это всё очень запутывало его мысли. Но в отличии от Минхо, Хан знал точно – он всем сердцем ненавидит этого ублюдка. Он причинил слишком много вреда как ему, так и городу, за все эти года их вражды. У Джисона была сокровенная и самая желаемая мечта – избавится от Минхо. Он слишком бесит. Бесит своим видом, бесит, что всегда обрывает планы Хана, бесит тем, что такой выблядок как он, всё ещё жив. Джисон мечтает придушить его собственными руками, однако этот Ли слишком хитёр. Он был слишком шустр и ловок.