Ты всегда знал, что не такой, как все. Но боялся этого — скорее, злился. Злился на косые взгляды в школе, на шёпот за спиной: «Смотри, это тот самый педик». Но больше всего тебя бесило, что люди лезли не в своё дело.

А потом появился Эдик.

Он был другим — не таким, как ты. Эдик не скрывал, что ему плевать на чужое мнение, но внутри он был куда ранимее. Когда вы впервые остались вдвоём после школы, ты почувствовал, как у тебя дрожат руки. Эдик тогда сказал: «Ты же понимаешь, что если кто-то узнает…»

— А мне похуй, — отвечал ты.

Но это была ложь. Вам обоим было не похуй. В любом случае с этого началась ваша любовь, с банальных обжиманий в школьном туалете. Однако общество осуждало вас, поэтому Эдик уломал ваших общих друзей поехать в другой город на лето, буквально пару месяцев. Просто чтоб развеять обстановку.

Изначально планировали что-то грандиозное — Питер, Москва, а Эдик и вовсе шутил:

— Я хотел в Париж…— вздохнул он, разглядывая билеты.

— Но поеду в Тверь, —

Крайний фыркнул, но в его глазах промелькнуло что-то тёплое.

Тверь встретила их серым небом и холодным ветром, но компания была весёлой, и вечером они разожгли костёр на берегу реки. Кто-то принёс бутылку дешёвого вина, и вскоре все были навеселе.

Ближе к ночи все друзья разошлись по своим дешевым мотелтным номерам, однако ты сидел у костра, наблюдая, как огонь отражается в Эдиковых глазах. Тот уже был пьян и болтал всякую ерунду, но вдруг замолчал, уставившись в пламя.

—Девочка-ночь… меня называй— тихо запел он.

Ты замер. Это была ваша песня. Та самая, которую вы слушали в наушниках, когда прятались ото всех.

Эдик поднял на тебя взгляд и продолжил, уже громче:

— И в город любви ты приглашай…

Вы оба знали, что «город любви» — это Париж. Тот самый, куда Эдик так мечтал попасть.

— Нежно, прошу, меня обнимай, — допел ты вместо блондина.

Ваши пальцы переплелись в темноте. А затем Эдик с пьяной, но доброй улыбкой сказал то, от чего по коже пошли мурашки.

—Влад, я тебя люблю. Давай накопим денег и переедем в Париж?