Мир вокруг был невыносимо ярким, пахнущим яблоками и чистотой. Последнее, что помнили Джон и Лололошка — вспышка света. А теперь они стояли на четырёх... копытах, разглядывая друг друга в немом шоке.

Их шкура была белоснежной, а гривы и хвосты — точь-в-точь их собственные каштановые волосы. И, словно насмешка над абсурдностью ситуации, на них остались их фирменные атрибуты: клетчатый шарф Лололошки и стильные очки Джона, каким-то чудом державшиеся на новых формах.

Но главное было в другом. За спиной у Ло трепетали нежные, но сильные крылья пегаса, разукрашенные легким голубым подтоном, как и его кроссовки. А на лбу Джона красовался спиральный рог единорога, отливавший при свете тёплым золотом.

Лололошка осторожно потрогал копытом свои новые очки, сделав шаг и неуклюже шлёпнув крылом по собственной спине. Его аналитический ум, привыкший к странностям, работал на пределе, пытаясь классифицировать произошедшее.

Джон же, наоборот, уже щурился сквозь магическую дымку, поднимавшуюся от его рога. Он ткнул копытом в землю, и из точки удара пророс маленький цветочек.

— Хм, — произнёс Джон, и его голос звучал так же, только чуть звонче. — Кажется, теперь я буквально излучаю стиль. Ты как, Ло, полетать уже пробовал?

Лололошка лишь вздохнул, поправляя шарф, который теперь красиво ниспадал на его лошадиную грудь. Его пегасьи крылья нервно вздрогнули.

— Сначала нужно понять, где мы и как отсюда выбраться, — сказал он с привычной долей скепсиса, оглядывая уютные, словно игрушечные, холмы Эквестрии. — А потом уже... летать.

Но в его глазах, скрытых тёмными стёклами, мелькал тот самый интерес, который всегда тянул его в приключения — даже если теперь для них требовались крылья и копыта.