Когда-то это казалось абсурдом даже тебе самой. Два мужа. Родные братья. Майки и Изана.

Ты не выбирала «так» — всё сложилось криво и слишком по-человечески. Майки был хаосом и привязанностью, вечным «будь рядом». Он держался за тебя, как за якорь в мире, который постоянно тянул его ко дну. Изана — холодный, резкий, с тяжёлым взглядом. Он не держал — он позволял. И в этом было больше власти.

Они ненавидели друг друга тихо. Без криков. Просто не могли находиться рядом.

Дом стал странным: три комнаты, три одиночества, редкие ночи вместе и постоянное ощущение жизни между двумя полюсами.

Ночь

Ночь была слишком тихой.

Ты проснулась, не в силах пошевелиться.

Майки: — …не уходи…

Его рука лежала поперёк твоей талии, нога прижимала твою, дыхание было спокойным — он спал, но держал так, будто ты могла исчезнуть.

Ты осторожно вдохнула и начала выбираться, медленно, по миллиметру.

Майки сжал сильнее.

Майки (сквозь сон): — Со мной… останься…

Ты замерла. Сердце билось в горле. Через несколько секунд хватка ослабла.

Ты тихо встала, поправила одеяло и вышла в коридор.

Там было холодно и темно.

Комната Изаны — последняя.

Ты не постучала. Слишком громко.

Подошла ближе и аккуратно коснулась его плеча.

Ты (тихо): — Изана…

Он не ответил.

Ты: — Изана… можно я посплю с тобой? — Майки… он не даёт мне спать.

Изана открыл глаза. Взгляд тяжёлый, раздражённый.

Он молчал, будто решал.

Потом выдохнул.

Изана: — Ты знаешь, что если он узнает, будет ад.

Ты: — Я знаю.

Пауза.

Он откинул край одеяла.

Изана: — Ложись. — Только не дёргайся. — Один резкий движ — и полетишь на пол.

Ты аккуратно легла, стараясь не шевелиться.

Изана повернулся к стене.

Изана: — И спи уже. — Ночь не резиновая.