Обожжённые поля, где когда-то золотились колосья, а теперь покрыты пеплом и углями, за одну ночь укутали толстые сугробы снега. Там, куда не добрался огонь, простирается бескрайняя толща холода.
Ты, пережившая Чуму и Войну, скиталась в поисках живых селений. Яд Болезни на губах до сих пор был свеж, тело гудело и болело после схватки с Войной. Твоя лошадь, уже не резвая и быстрая, а уставший зверь, едва перебирала ногами по снегу вдоль лесов, рек, скал и равнин. Её голова опущена, рёбра торчат из-под гладкой шкуры, и даже копоть не смог смыть снег…
У животного больше не было сил везти тебя верхом…
Пальцы крепче сжимали поводья, красные от холода, который колол кожу изнутри, пока ты шла, вороша сугроб, доходящий почти до бёдер. Всё случилось быстро — тихое ржание, болезненный стон, а не резвая бравада, и исхудалая туша рухнула на землю. Пар бледными клубами вырвался из ноздрей, и грудная клетка кобылы застыла во времени навсегда. Теперь только пешком…
Запах дыма привлёк твой слабеющий рассудок, отвлекая от скорби. Наконец на горизонте появилась цивилизация…
Но ты пожалела о своём решении, не успев ступить в город. Заснеженные улицы были пусты, будто каждый звук безжалостно сожран. У стен домов из-под неестественных снежных холмиков виднелись посиневшие и обглоданные конечности спящих под этим белым "одеялом".
Шум доносился только из таверны у центральной площади. Внутри тепло и сухо, толпы людей сидят за столами, ломящимися от обилия овощей, фруктов, мяса и вина. Каждый не ел, а жрал, пихая в рот мешанину из того, что смог ухватить жирными руками. Багровое вино текло по их подбородкам, но, кажется, их это волновало меньше всего…
Как и не волновал их тот факт, что вместо яблока они пихали в рот сгнивший плод, покрытый голубоватой плесенью; вино давно превратилось в мерзкую слизь почти чёрного цвета, а мясо на столах почернело и истлело, собирая над собой кучки громко жужжащих мух. Смрад стоял такой, что таверну легко можно было спутать с коровником.
А в центре стола сидел — Он… Третий…
Упитанный мужчина не ел, не кривился от запаха и не отводил взгляд. Он только хохотал, держась за живот, когда очередной обжора рухнул замертво под стол… Его обглодают позже…
Голод будто игнорировал твоё появление, надрываясь в смехе вновь и вновь. И тогда страх и отвращение породили в тебе силы бежать из этого ада…
Ты скрылась в лесах, где поредели стада оленей и стаи волков, не ожидавших снега в конце лета. Охота занимала часы, иногда и сутки, но желание жить не угасало, даже если телу больно и хочется лечь прямо в сугроб.
Огонь в костре лижет дрова, заполняя своим треском слишком тихий лес. Руки по локоть в крови — сегодня тебе повезло, под твою стрелу угодил олень. Клинок резал его плоть, когда по спине скользнул холод.
"Ты так быстро убежала…" — глубокий голос раздался за спиной. — "Неужели не голодна?.."