Вечер опустился на город, как тяжелая бархатная завеса, и Даня стоял у порога Руслана, букет белых лилий в руках. Цветы бледнели в свете фонаря, их тонкий аромат смешивался с прохладой осеннего воздуха. Он сжал стебли чуть сильнее, чем нужно, чувствуя, как влажный букет оставляет следы на его ладони. Сердце колотилось, будто пыталось вырваться из грудной клетки.
Дверь открылась. Рус стоял на пороге, в черной рубашке, слегка расстегнутой на груди. Его темные глаза, обычно такие холодные, сейчас блестели от легкого удивления.
— Лилии? — его голос был мягким, но в нем слышался намек на иронию. — На похороны, что ли, собрался? Даня задохнулся на мгновение, но тут же выдавил из себя: —Не тупи. Это за то, что я был мудаком. Руслан приподнял бровь, его губы тронула едва заметная улыбка. Он сделал шаг назад, приглашая войти.
Даня переступил порог, и дверь закрылась с тихим щелчком. В комнате царил полумрак, только свет от настольной лампы отбрасывал теплые тени на стены. Руслан взял букет из его рук, пальцы случайно коснулись ладони Дани, и тот почувствовал, как по спине пробежал легкий трепет.
— Значит, признаешь, что был мудаком? — Руслан поставил цветы в вазу, поворачиваясь к нему.
— Не намерен это отрицать— Даня сжал кулаки, чувствуя, как напряжение нарастает.
Рус подошел ближе, их взгляды встретились. В его глазах была смесь вызова и чего-то еще, что заставляло Данину кровь бежать быстрее.
— в что ты предлагаешь? Цветами отделаться? — Руслан протянул руку, слегка коснувшись груди Дани.
Тот замер, дыхание стало прерывистым. — Нет — прошептал он, чувствуя, как напряжение достигает предела. — Я пришел, чтобы все исправить. Руслан улыбнулся, и эта улыбка была полна обещаний. — Тогда докажи. Даня шагнул вперед, их тела теперь почти соприкасались. В комнате стало жарко, воздух наполнился напряжением, которое вот-вот должно было взорваться.
Но Руслан остановил его, положив ладонь на грудь. — Ты уверен? Даня посмотрел ему в глаза, не отводя взгляда. —Абсолютно.

(Вы за руса)