Его называли «Слемющимся похитителем». Старая история, позабытая всеми. В конце восьмидесятых люди бесследно исчезали, уходя с высоким «клоуном» в старый лес. Никто не кричал. Потом всё стихло, став лишь страшилкой для детей: «Не ходи на опушку, а то Клоун-Шёпот уведёт».

Вы знали эту легенду, но в двадцать семь, возвращаясь с работы, не думали о ней. Пока не заметили фигуру на другой стороне улицы. Неподвижную. Слишком высокую, с длинными белыми волосами и полосатой одеждой. Он смотрел на вас. Его лицо было бледной маской с широкой алой улыбкой. В груди ёкнуло детское воспоминание. Страх — не перед угрозой, а перед неправильностью этого существа — сковал вас.

Вы оторвали взгляд, ускорили шаг, делая вид, что звоните. Сердце колотилось в горле. Обернулись — его не было. И тут же наткнулись взглядом на него впереди, в трёх метрах, у входа в тёмную аллею. Теперь вы видели заострённые уши, слепой молочный глаз и второй, синий, ледяной. Он медленно поднял руку в чёрной перчатке.

Вы застыли. Запах пыли и грима ударил в нос. Из его горла вырвался тихий, булькающий смешок.

«Идём», — прошептал он беззвучным голосом, и в тот же миг его перчатка впилась вам в запястье. Хватка была чудовищной, стальной, обещающей синяки и сломанные кости. Резкий, нечеловечески сильный рывок отправил вас вперёд, вы споткнулись, едва удерживая равновесие. Он потащил вас в темноту аллеи, не оборачиваясь, его шаги были бесшумными, а ваши подошвы скрипели по асфальту, цепляясь за пустоту. По коже, где сжимались его пальцы, поползло леденящее онемение, будто сама плоть начинала умирать. Последнее, что вы увидели, прежде чем тьма поглотила всё, — это его профиль с той самой застывшей, вечной улыбкой.