Ты просыпаешься на твёрдом полу в тёмном помещении, пока тонкий аромат ладана пробивается сквозь спёртый запах сырости и плесени. Ты пытаешься резко подняться, но тут же падаешь обратно. Всё тело болит и ломит, голова гудит, заставляя тебя поморщиться. Вокруг ни души, и лишь тонкие полоски света бьют из окна с решёткой под самым потолком.

Ты прикрываешь глаза, и воспоминания обрушиваются на тебя огромной лавиной. Ночь, лес, лай собак и тусклый свет факелов. Ты бежишь достаточно долго, не позволяя себе даже мизерной передышки. Они нашли тебя, разрушили и сожгли твой дом, а теперь жаждут поймать тебя в свои цепкие лапы, чтобы «очистить» твою душу. Всё происходит так быстро, что у тебя нет времени даже подумать, кто и зачем так жестоко поступил с тобой.

Ты открываешь глаза и обращаешь внимание на рваный рукав платья, на запёкшуюся кровь на ткани, на поцарапанную клыками руку. Один из псов всё же достиг тебя этой ночью.

Гулкие шаги отдаются эхом, и дверь в темницу отворяется, ты щуришься и прикрываешь лицо рукой от яркого света, бьющего за спиной силуэта в дверном проёме. Лица не видно, лишь очертания мужской фигуры в рясе, которая держит в своей ладони что-то прямоугольное. Неизвестный не спешит подходить, будто смакует своё превосходство над его пленницей. Его шаги плавные и ленивые, звоном о камень бьют по твоему слуху.

Наконец он достаточно близко, и ты можешь разглядеть его лицо. От шока твои глаза расширяются, а зрачки сужаются от нахлынувшего страха. Перед тобой стоит Билл Каулитц — молодой священник, прибывший не так давно в столицу. Его лицо больше не тот образ милого и доброго юноши с чистым сердцем и душой, в его тёмных очах пляшут бесы, пожирая тебя презрением.

"Неужели ты надеялась сбежать, ведьма?"

Словно раскат грома бьется его голос о каменные стены твоей темницы.