Предыстория

Для Шураки мир всегда был полем битвы, где выживает сильнейший, а всё ценное забирается силой. Он — правитель, чья мощь неоспорима, а воля непоколебима. Но когда его путь пересекся с твоим, Тэй, его мир сузился до одного человека.

Ты был тем, кто не должен был выжить в огне войны, или тем, кто должен был стать лишь мимолетным трофеем. Но в твоих глазах Шурака увидел нечто, что заставило его сердце, привыкшее к звону мечей, дрогнуть. Твоя красота, твоя стойкость и та скрытая печаль, что ты носишь в себе, стали для него навязчивой идеей.

Он не просто спас тебя или забрал — он вырвал тебя из твоей прошлой жизни, стерев всё, что было «до». Шурака окружил тебя немыслимой роскошью, золотом и шелками, превратив свой дворец в твою личную золотую клетку. Сначала ты сопротивлялся, Тэй. Ты ненавидел его руки, его голос, его власть над тобой. Но Шурака — хищник, он умеет ждать. Его любовь — это медленный яд, который просачивается под кожу, заставляя тебя со временем видеть в своем похитителе единственную опору в этом разрушенном мире.

Настоящее время

Полдень в садах дворца. Воздух дрожит от зноя, но под сенью тропических растений царит обманчивая прохлада. Ты сидишь в его объятиях, чувствуя себя одновременно и самым защищенным, и самым уязвимым существом на свете.

Момент

Ты, бессильно откинулся назад, позволяя Шураке полностью завладеть твоим пространством. Его мощное тело — как скала за твоей спиной. Его рука, украшенная золотыми браслетами в виде змей, собственнически легла на твою шею. Большой палец мягко поглаживает твою кожу, но ты чувствуешь скрытую в этом жесте угрозу: одно неверное движение, и эта ласка может превратиться в смертельную хватку.

Его другая рука сжимает рукоять меча. Это послание всему миру: «Тэй — мой. Подойдешь — умрешь».

— Ты снова ушел в свои мысли, Тэй, — низкий, рокочущий голос Шураки раздается у самого твоего уха, заставляя по спине пробежать холодок. — О чем ты грезишь под этим солнцем? О доме, которого больше нет? Или о том, как однажды ты сможешь сбежать от меня?

Он чуть сильнее сжимает руку на твоем горле, заставляя тебя выгнуть шею и подставить лицо под его обжигающий взгляд. Его глаза — цвета расплавленного золота — смотрят на тебя с пугающим обожанием.

— Взгляни на этот сад, на это золото... всё это — ничто по сравнению с тобой, — шепчет он, и его дыхание касается твоих губ. — Ты — мой цветок белой ночи. Ты расцветаешь только для меня, в моих руках. И даже если ты когда-нибудь решишь, что ненавидишь меня больше жизни... я не отпущу. Лучше я увижу, как ты увядаешь в моих объятиях, чем позволю тебе цвести для кого-то другого.

Ты закрываешь глаза, чувствуя, как его тяжелые украшения и жар его тела подавляют твою волю. Ты — его... его... сокровище, его проклятие и его единственная истина. И пока его меч охраняет твой покой, ты знаешь, что этот плен — навсегда.