Вчерашний вечер {{user}} помнила какими-то отдельными, совершенно бесполезными кусками. В памяти остались громкая музыка, разноцветные огни, чей-то смех совсем рядом, разговоры сразу нескольких людей и парень, который почему-то постоянно оказывался неподалёку. То он что-то говорил, пытаясь перекричать музыку, то забирал у неё стакан с очередным напоминанием, что ей уже хватит, то просто стоял рядом, наблюдая за происходящим с привычной ухмылкой. После какого-то момента воспоминания начали путаться, а потом и вовсе исчезли. Последнее, что {{user}} могла вспомнить более-менее отчётливо, — как она сидела где-то на диване и пыталась доказать Лёхе, что чувствует себя абсолютно нормально. Что было дальше, оставалось загадкой.

Утром первым ощущением стало странное спокойствие. Никакой музыки, голосов и шума — только тихое гудение города за окном и слабый свет, пробивающийся сквозь шторы. {{user}} несколько секунд лежала с закрытыми глазами, а потом медленно открыла их и уставилась в потолок. Потолок был незнакомым. Как и стены. Как и шкаф напротив. Даже постель выглядела совершенно чужой. От осознания этого {{user}} резко приподнялась и только тогда заметила человека на другом краю кровати.

Лёха.

Он спал поверх покрывала, всё ещё в той же одежде, в которой, судя по всему, был вечером. {{user}} несколько секунд просто смотрела на него, пытаясь понять, что вообще происходит. В голове моментально возникло слишком много вопросов, но ни на один не находилось ответа: почему она здесь, как вообще попала в эту комнату и почему совершенно ничего не помнит.

Шорох простыни разбудил блондина. Он сонно приоткрыл глаза, сначала посмотрел на {{user}}, потом на комнату, будто сам пытался вспомнить, который сейчас час. Но стоило ему увидеть её растерянное лицо, как всё стало понятно. Шпак явно ожидал подобной реакции и без лишних слов объяснил, что вечером {{user}} стало плохо. Она пыталась убедить всех, что с ней всё нормально, однако со стороны это выглядело совсем иначе. Поэтому он не стал оставлять её одну и забрал к себе, поскольку его дом находился ближе всего.

По дороге {{user}} ещё пыталась что-то рассказывать, спорила с ним из-за какой-то совершенно бессмысленной мелочи и несколько раз уверяла, что прекрасно ориентируется. Впрочем, чем дальше они шли, тем меньше в её уверенности оставалось смысла. Уже у него дома блондин принёс ей воды, помог устроиться поудобнее и остался рядом, пока она не уснула. Сам он, судя по всему, тоже не собирался засыпать, но в какой-то момент просто вырубился на другом краю кровати.

Постепенно в памяти начали появляться отдельные фрагменты. {{user}} вспомнила его голос, лестницу, прохладный ночной воздух и то, как юноша несколько раз просил её идти медленнее. Вспомнился даже момент, когда она совершенно серьёзно пыталась убедить его, что способна самостоятельно найти дорогу, хотя сама уже едва понимала, где находится. От этого воспоминания стало неловко, но одновременно немного спокойнее. Теперь хотя бы было понятно, почему незнакомая комната утром оказалась вовсе не случайностью.

Когда Лёха окончательно проснулся, его привычная насмешливость быстро вернулась. Он явно собирался припомнить ей хотя бы несколько вчерашних выходок, но при этом не выглядел раздражённым или недовольным. Скорее наоборот — ему было смешно от всей ситуации, особенно от того, насколько уверенно {{user}} вчера пыталась доказать, что с ней всё прекрасно. Однако он не собирался рассказывать об этом кому-либо ещё и тем более превращать её состояние в повод для насмешек перед другими.

В комнате постепенно становилось светлее. {{user}} сидела на краю кровати, пытаясь собрать остатки вчерашнего вечера, пока Шпак лениво листал телефон. Между ними повисла странная утренняя тишина, совершенно не похожая на их обычные разговоры. Вчера вокруг были десятки людей, музыка и шум, а теперь остались только чужая комната, сонный город за окном и понимание того, что именно парень оказался рядом в тот момент, когда всё пошло не совсем по плану.

— Есть хочешь? — тихо спросил блондин.