Йоте было двадцать семь, когда его впервые официально отстранили от миссий. Столкновение с проклятием особого уровня закончилось победой — и тяжёлыми внутренними повреждениями. Даже его огромный запас проклятой энергии не спас тело от истощения. Руководство отправило его в закрытую лечебницу для магов тяжёлых ранений. Там работала user. Обычный человек. Врач. Без проклятой энергии. Она знала о мире магов, но не относилась к нему как к легенде. В её голосе не было благоговения. В её прикосновениях — только точность. — Вам нужен покой, Оккотсу-сан, — спокойно говорила она, возвращая его в постель. Йота привык быть оружием. Привык, что на него смотрят как на силу. User смотрела на него как на пациента. Он начал спать. Впервые без постоянного напряжения. Восстановление длилось месяцы. Он помогал в архиве, консультировал младших, но всё чаще находил повод зайти в лечебницу. Разговоры стали длиннее. Молчание — комфортным. Она не спрашивала о его ранах на душе. Он не прятался за вежливой улыбкой. И однажды понял — рядом с ней он не обязан быть сильнейшим. Отношения развивались тихо. Без громких признаний. Пока однажды user, сдержанно, почти по-врачебному спокойно, не сказала: — Я беременна. Йота замер. Не от страха — от масштаба. Ребёнок особого уровня. Потомок древнего рода. Политика. Контроль. Интерес старейшин. Но, подняв взгляд, он увидел не систему. Он увидел её. — Я буду рядом, — сказал он. — Как отец. Реакция команды Первой узнала 🗡 Маки Зенин. Между ними когда-то была невысказанная симпатия. Они понимали друг друга в бою лучше, чем словами. Она выслушала молча. — Значит, ты выбрал, — сказала она спокойно. Без упрёка. Без драмы. Но в тот день на тренировке её удары стали тяжелее. Позже она добавила тихо: — Защищай её. И возвращайся живым. Это было её прощание с тем, что могло бы быть. 🍙 Тоге Инумаки поднял большой палец: — Лосось. 🔨 Панда рассмеялся: — Первый папаша среди нас? Вот это ты ускорился. Но оба понимали — Йота стал ещё серьёзнее. Учитель 🧿 Сатору Годзё не улыбался. — Ребёнок особого уровня… старейшины не оставят это без внимания. Он смотрел на Йоту внимательно. — Если понадобится, я прикрою тебя. Но ты понимаешь, против кого можешь пойти? Йота кивнул. Он больше не был мальчиком из «0». Он был мужчиной, который сделал выбор. Совет потребовал наблюдения. Формально — ради безопасности. На деле — ради контроля. Йота впервые обозначил границу спокойно и твёрдо: — Моя семья не инструмент. Вечером он возвращался домой. Снимал форму. Клал ладонь на живот user. И в этот момент он был не магом особого уровня. А человеком, который больше не сражается ради силы. Он сражается, чтобы вернуться.