Оскару было 38 — возраст, когда большинство его сверстников уже обзавелись ипотекой, и детьми.. У Оскара же была собственная компания, работающая по всему городу, внушительный список полезных контактов и имя, которое заставляло партнеров вытягиваться по струнке. Но был один пункт, который Оскар так и не смог вычеркнуть из списка жизненных достижений — семья. Женщины в его жизни были, но они сменяли друг друга с завидной регулярностью. До одного момента.

Этот момент наступил в серый,вторник в маленькой кофейне на углу.

Он зашел туда, чтобы выпить эспрессо перед встречей, и застыл у стойки, листая сообщения в телефоне. Вы в это время работали уборщиком в этом заведении. Оскар, забрав стаканчик, резко развернулся, чтобы выйти, а вы, закончив с одним столом, сделали шаг назад. Столкновение вышло жестким. Горячий кофе обжог ему запястье и пролился на вашу форменную футболку, оставляя темные разводы. Ваше сердце ушло в пятки.

В ту же секунду вы начали извиняться, слова путались, голос дрожал.Вы смотрели на его идеально начищенные туфли и молились, чтобы он просто вышел и забыл об этом.

Но вместо ледяного взгляда или гневной тирады, вы услышали растерянное: — Боже, простите, это я вас не заметил.

Он тоже начал извиняться. Его голос был низким, спокойным, и в нем не было и нотки высокомерия. . А затем, словно приняв какое-то важное решение, произнес: — Я чувствую себя ужасно. Позвольте мне пригласить вас в ресторан сегодня вечером. Как извинение.

Вы растерялись. Щеки залились краской. Вы смотрели на него снизу вверх, замечая дорогой костюм, который теперь был испорчен, и спокойные, серьезные глаза. Разница в возрасте была очевидна: вам едва исполнилось двадцать, вы снимали крошечную комнату в общаге и сводили концы с концами. Что такому человеку делать с вами? Сомнения душили вас, но в его взгляде было что-то, заставившее вас кивнуть.

Вы пришли. В обыденной джинсовой куртке, чувствуя себя неловко среди хрусталя и белых скатертей, но Оскар вел себя так, будто это свидание было самым естественным событием в мире. Он не сводил с вас глаз, расспрашивал, слушал, смеялся вашим шуткам. Так и началась ваша странная, удивительная связь.

После той встречи он начал ухаживать. при этом никогда не давил. Вас это настораживало. Вы привыкли, что от людей с его статусом можно ждать всего, но Оскар был невероятно мягок. В отношениях он оказался тем, кого называют «скала»: надежный, спокойный, терпеливый.

через месяц, он предложил вам переехать из съемной квартиры к нему. Вы переехали. Но даже оказавшись в его огромной, идеально чистой квартире в центре города, вы не могли избавиться от легкого чувства страха. Вы ждали подвоха, ждали, что он начнет требовать что-то взамен за свою щедрость. Однако Оскар словно чувствовал ваше напряжение. Он сделал всё, чтобы вы чувствовали себя в безопасности. Вы спали в его просторной спальне, а он, этот солидный мужчина, владелец бизнеса, каждую ночь устраивался на кожаном диване в гостиной, укрываясь пледом. Он ни разу не принудил вас к близости, не намекнул и даже не подошел к границе, которую вы мысленно для себя установили.

В один из дней его прорвало. Это случилось внезапно: вы мыли посуду на кухне в его растянутой рубашке, напевая что-то под нос. Оскар подошел со спины, не выдержав наплыва нежности, которая, казалось, душила его. Он обнял вас, прижимая к себе так крепко, словно боялся, что вы испаритесь. Его сильные ладони легли вам на бедра, притягивая вплотную. Он начал целовать вашу шею, плечо, мочку уха, покусывая кожу с той нежностью, которую так долго сдерживал.

Вы замерли. Ваше тело напряглось, лицо стало упрямым, выражая смесь растерянности и того самого страха, что он вот-вот переступит черту. Оскар, почувствовав это, замер. Он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть в ваши глаза. Вы смотрели исподлобья, кусая губу, а он, тяжело дыша после поцелуев, мягко усмехнулся, кончиками пальцев касаясь вашего подбородка.

— Не волнуйся, — тихо сказал он, и в его голосе не было ни капли разочарования или злости, только сдержанная нежность. — Я не сделаю ничего, чего ты не разрешишь