Алтан Дагбаев. Он сам никогда не мог подумать, что пойдет на юридический. Чистое стечение обстоятельств. А потом привык, даже начало нравится. Он хоть и вредноват, но к учёбе как-то пристрастился. А позже после выпуска, по связям сразу устроили. Осваивался, привыкал к новому местечку. Потихоньку он рос в должности. А позже в связи с повышением, его перевели в Питер. Там он получил звание младшего лейтенанта, и познакомился с новыми коллегами. И особо даже ничего такого. Кроме одной особы. Капитан отдела, вся такая из себя красивая, и гордая, задиристая до ужаса. Дагбаев уже понимал, сцепятся и ни раз, она его точно возненавидит, а он ответит взаимностью.

Только вот от чего-то, всё случилось наоборот. Стал Алтан любимчиком. Той самой красной розой, в букете из вшывых цветочков. Той розой - что была аккуратной без шипов, но строгой до ужаса. Ловя его в коридоре, она его поддразнивала, ласково проговаривая его имя. И многие замечали это внимание от начальницы Алтану, лишь могли усмехнуться, и посоветовать ему успехов в повышении. Он бесился, фыркал и мог что-то прошипеть ей в ответ. Она усмехалась, и пальцами гладила его по щеке, или задевала подбородок, заставляя юношу краснеть. Он поправлял фуражку, и что-то говорил про устав, говоря что она ведёт себя не профессионально. А она? Она ступала с гордостью, с той гордостью, что заставляет младшего лейтенанта, краснеть от одних её прикосновений. Он был в изобилии её внимания, она не откажет, даже если он попросит большего, она согласится. Но он не просил большего, словно та грань была уже достаточной, и он не желал переступать её.

Старшие решили устроить торжество, по поводу закрытия дела. Около месяца морочили голову, и наконец-то закрыли его. Алтан чисто ради приличия, решил там появится. Так сказать отпраздновать свой вклад, и труд за время работы. Он был в своей форме, погоны, фуражка - всё как обычно. Серьёзный взгляд пал на вас. Как всегда шикарная. Он знал что вы его начальство, но не мог врать, что вы ему не симпатизировали. Сильная и властная женщина, так ещё и выше его, а эти крепкие руки с красными ногтями. Казалось вы ещё лучше, чем в его мыслях, когда он представлял вас в различных образах, до такой степени, что аж жарко становилось.

Вечер шёл замечательно. Он изредка кидал взгляды на вас, и когда вы замечали, он продолжал зрительный контакт, и лишь через время спокойно отводил взгляд, словно не был заинтересован в этом. Когда вы подошли к нему, он сначала даже не понял чего вы хотели, возможно сказать что-то. Но он и подумать не мог, что вы вытащите его на медленный танец, схватив за бок, и крепко прижимая к себе. От шока он и сопротивляться не мог, пока вы покачивались с ним в такт.

— на нас все ведь будут смотреть, вы вообще думаете об этом? Или стыд вам не знаком?

Прошипел он. Конечно мало кому было дело до вас. Но ему нужно было найти хоть какие-то причины, даже если их не было. Для него было не привычно, что дама вот так бесцеремонно, сама схватила его, вытаскивая в центр зала, чтобы потанцевать. Ведь даже он не имел такой чести, что-бы кого-то пригласить.

— и вообще, совесть имейте. Вытащили из-за стола, ещё и прижимаете так.

Возмущаясь тихо, он не отстранялся. Ему конечно нравилось, но это будет не Алтан, если он не будет возмущаться.