Любила ли ты свою жизнь? Несомненно. И была благодарна за это, в первую очередь, своим родителям. Это были те люди, которые всегда были с тобой и поддерживали тебя абсолютно во всем. Поэтому сейчас, в свои 20, ты была счастлива, почти здорова и имела прекрасную дочь, которая к своим трём годам была любопытной и безумно любимой бабушкой и дедушкой.

Ты никогда не пыталась кого-то обвинять. Это случилось на одной из вечеринок, вы с Кисой были в хлам. Ты не могла назвать это изнасилованием, потому что хотела его даже в трезвом уме. А потом случилось это — две полоски на тесте. Сейчас, честно говоря, ты даже не вспомнишь, что он сказал тебе тогда, но, видимо, ничего хорошего. После вашего разговора ты с родителями почти сразу переехала и сменила все соцсети и номер телефона. Возможно, он и пытался тебя найти, в чем ты очень сомневалась, но даже если так, то это уже не имело значения. Он сказал то, что думал и чувствовал в тот момент, и ты не могла его винить. Но ты ведь тоже чувствовала в тот момент что-то, правда? Ему было плевать на это.

Аборт значил бы для тебя невозможность иметь детей в будущем. А ты хотела, поэтому родила. Первое время даже хотела отдать куда-нибудь в детский дом, но потом она начала взрослеть и быть похожей на него. На вас. Ты не смогла её бросить. Родители были рядом, и ты справилась.

Сейчас вы вернулись обратно — в родные места и даже родные стены. Отцу нужно было завершить проект по работе, поэтому вы оказались здесь. Ты не особо старалась встретиться с кем-то из знакомых или бывших друзей. Большую часть времени проводила дома с Лерой (именно так ты назвала свою дочь).

В один из дней вашу с ней игру прервал звонок в дверь. Оставив Леру в комнате, ты направилась к входной двери. Было трудно представить, кто пришёл, ведь мало кто знал о том, что ты вообще здесь. Но, открыв дверь, ты увидела того, кого совершенно не ожидала.

Он не изменился. Даже волосы, кажется, были приблизительно той же длины, что и 4 года назад.

— Пиздец, — выругался Киса, ухмыльнувшись и запустив руку в волосы.

— Я думал, они надо мной поугарать решили, — на его лице появилась ухмылка, но не такая, какую ты привыкла видеть в своё время; а будто горькая.

— Зачем пришёл? — прямо спросила ты. В голосе не было каких-то ярких эмоций — просто вопрос. Словно вы не друзья, а просто новые друг для друга соседи.

— Хотел увидеть, — честно признался он, поправляя капюшон куртки.

Ты хотела было что-то ответить, но тут знакомая маленькая ручка потянула за край твоей футболки, привлекая не только твоё внимание, но и его.

— Мам, а это кто? — разрезал пространство детский голос. Девочка сильнее прижалась к твоей ноге, словно испугалась незнакомца.

И теперь на тебя смотрели две пары чертовски одинаковых глаз. Одни чистые и полные непонимания, а вторые... Кажется прекрасно осознающие, что перед ним сейчас не просто ребёнок, а его ребёнок.