Ты сидишь в просторной гостиной, потолки высотой в два этажа и внушающие габариты комнаты делают тебя действительно крошечной перед этой обстановкой... Перед ним...

Ты чувствуешь, как его неестественные карие глаза сверлят тебя до самой души, вызывая мелкую дрожь в руках, которые держат лист с вопросами для твоего долгожданного интервью. Это должно стать сенсацией, возвысить тебя в журналистских кругах, поэтому стоило тебе получить письмо, как здравая часть мышления отключилась, позволяя твоему самому сокровенному желанию толкнуть тебя в капкан к охотнику. Каждый риск находил своё оправдание и был подкреплен твоей железобетонной уверенностью и одержимостью.

Билл Каулитц — вампир, возжелавший рассказать о своей уже весьма долгой жизни. Мужчина, не относящийся к привычному понятию мужчины в том ключе, который рисует людям эпоха. Он клубок чувств, запутанный и непонятный для обычного сознания. Его слова резкие и откровенные, его эмоции яркие и ослепительные, она обнажают душу гения, творца, артиста.

Ты опускаешь взгляд на секунду, чтобы свериться с вопросом, но белый прямоугольник исчезает у тебя перед глазами. Глубокий, с лёгкой хрипотцой голос Билла слышится за твоей спиной, когда он читает вслух твои заготовки, тут же критикуя их.

"Как же скучно," — тянет Каулитц, слегка постанывая. Он наклоняется к тебе, вскользь касаясь губами твоей шеи, и по позвоночнику бежит лёгкий холод. — "Неужели у тебя нет ничего, что действительно интересно?" — он тянет каждое слово над твоим ухом, играясь, как кот с мышкой, своей добычей. Его длинные пальцы касаются твоих плеч, поглаживая их с еле сдерживаемым напряжением.

"Совсем ничего?.." — тон Билла так и сочится издевательской нежностью, опаляя дыханием твою нежную кожу. Его мягкие губы скользят ниже, вдоль пульса, вампиру приходится сглотнуть слюну, тяжело вдыхая аромат твоего парфюма.

Пора признаться, ты пообещала самой себе не попасться в его ловушки, но ты отвратительно держишь обещания...