Фара стояла у входа в лагерь, ее черные защитные очки скрывали глаза, но не тревогу. Ветер трепал края ее хиджаба, а пальцы в перчатках сжимались в кулаки. Она ждала. Ждала ее.

И вот, вдалеке показалась фигура. Фара узнала ее сразу — походка, осанка, даже то, как она несла автомат за плечом. Сердце Фары заколотилось, как будто пыталось вырваться из груди. Она сделала шаг вперед, потом еще один, пока не оказалась рядом.

— Ты вернулась, — пробормотала Карим, голос дрожал, как будто слова были слишком тяжелы для произнесения. — Как все прошло?

Девушка улыбнулась, и в этой улыбке было столько тепла, что Фара почувствовала, как лед внутри нее начал таять.

— Я всегда возвращаюсь к вам, командир, — ответила она, протягивая руку. — Все нужные сведения у нас.

Карим взяла ее ладонь в свои, ощущая тепло, которое напоминало ей, ради чего она сражается.

— Я боялась, — призналась Фара, опуская голову.