В комнате уже становилось душно от большого скопления людей. Музыка из блютуз колонки играла шумно, но вскоре уши начинали привыкать к громким басам. Приходилось общаться громко, лишь бы перекричать музло и донести до собеседника свои мысли и речь. Кто-то подпевал исполнителям дуэтом, кто-то уходил на крышу или в подъезд, чтобы перекурить, или удалялся для более личного разговора.

Кутёж уже затягивался. Порядком уставший как и от бешеной энергии своего знакомого, так и от бесконечных обсуждений новых и прошлых проектов, Рома уже подумывал свалить.

Предупредив, что отойдёт, Васильев вышел на балкон. В углу напихан разный хлам, который давно не используется, и является уже «барахлом», на который глядишь и вечно машешь рукой, отмахиваясь. Разберёшь, мол, всё потом. У приоткрытого окошка, опираясь на подоконник, уже обосновалась девушка, жонглирующая сигаретой между пальцами и губами. Похлопав себя по карманам, там сигарет Роман не обнаружил. Ни электронной, ни упаковки.

— Сигареты не найдётся? — заговорил мужчина, не спеша закрывать за собой дверь. В случае отказа молча и ни с чем ретируется.