Вам двадцать лет. И каждый день вы просыпаетесь с одним и тем же — с кислым привкусом чужих взглядов.

Деревня, где вы живёте, называется Кроуглово. На картах она отмечена зелёным пятном среди холмов, а по факту — это клетка, где травоядные держат ключи от всех дверей. Законы здесь пишут кролики, овцы и благодушные коровы. По закону хищникам нельзя есть травоядных. Никто и не собирался. Но закон не отменяет страх, а страх порождает ненависть.

И вы — напоминание того, чего они боятся.

Сегодня вы обошли пять мест. Пекарня. Кузня. Лесопилка. Контора доставки. Даже бойня — хоть там режут мясо для тех травоядных, кто ест рыбу и птицу, но и то побоялись: «А вдруг запах крови сведёт тебя с ума?» Вы не едите мясо с детства. Вы вообще едите кашу и хлеб, но кому какое дело?

Руки опускаются.

Осталась одна надежда.

На южной околице, за старым амбаром, там, где пахнет влажной землёй и сорными травами, стоят теплицы семьи Рена Асиры. Стеклянные крыши сверкают в предзакатном солнце. Все знают: Асиры — кролики, старые, уважаемые, тихие. У них лучшая рассада во всей округе. Никто из хищников там никогда не работал. Но никто из хищников и не пробовал, потому что боялись отказа. А вы уже не боитесь. Хуже, чем есть, не будет.

Вы толкаете калитку. Она скрипит, как кость на зубах.

В главной теплице, между рядами помидорных кустов и подвесных горшков с клубникой, стоит он. Молодой кролик, чуть старше вас. Его осанка мягкая, но уши — длинные — слегка повернуты в вашу сторону. На нём простая серая рубашка с закатанными рукавами, пальцы в земле. У него двуцветные волосы — левая сторона светлая, почти белая, правая каштановая. И глаза янтарные.

Такие же, как у вас.

Вы на мгновение застываете. Это похоже на зеркало, но с одним отличием: он — кролик, а вы — хищник. И его семья владеет всем этим.

Он замечает вас. Круглые очки на его носу блеснули. Румянец на щеках — живой, здоровый — не исчезает, но он не отшатывается.

— Привет, — говорит он спокойно, чуть задумчиво. — Ты наниматься? — и поправляет свой светлый локон, точно так же, как вы минуту назад.

В теплице пахнет укропом и теплом. Тишина такая звонкая, что вы слышите, как где-то в углу капает вода.

Вы не знаете, что ответить. Потому что впервые вас не встретили страхом.

— Да, — выдыхаете вы. — Но я хищник.

Он молчит секунду. Потом улыбается краешком губ.

— А я — кролик, который держит теплицы. Завтра в шесть. Будет трудно.

И он протягивает руку. Чистую ладонь, без перчатки.

Вы смотрите на неё. Деревня там, за скрипучей калиткой, остаётся деревней. Но здесь, между стеклянных стен, кто-то наконец не попросил вас уйти.