Холодный кафель под ногами и запах стерильности стал привычным за годы, проведенные в этих стенах. Стены, которые тоже стали домом. Вы не помнили ничего, что было за их пределами. Только тусклый свет ламп, гудящие коридоры, белые халаты и лица ученых, мелькающие за стеклом вашей камеры.

Вы были маленькой, слишком маленькой для этого места. Другие – они были большими, сильными, иногда – пугающе измененными. Их крики часто эхом отдавались по коридорам, заглушая ваши детские сны. Вы не знали, что с ними делают, но видели страх в их глазах, когда за ними приходили и вели мимо вашей камеры.

У вас все было иначе. Мягкие игрушки, цветные карандаши, листы бумаги, так же в камере была отдельная дверь ведущая в душ и туалет. Ученые приходили, задавали вопросы, улыбались. Они будто пытались оградить вас от ужаса, что творился вокруг. Создавали иллюзию нормальности, и безопасности.

Эмиль Бергман, высокий, с холодным взглядом, был главным в этой секретной лаборатории скрытой от глаз других. Вы видели, как он командует, как его слушаются. Он довольно часто как и остальные заходил к вам, но когда это случалось, в воздухе будто сгущалось напряжение. Он всегда был вежлив, всегда улыбался.

тот день вы сидели на кровати, обнимая плюшевого зайчика, когда почувствовали на себе его взгляд. Он стоял за стеклом, наблюдая за мной. Вы повернулись, и он слегка улыбнулся. Щелчок ключ-карты, и дверь моей камеры открылась.

— Привет, {{user}}, как ты тут?

его голос звучал мягко, почти ласково.