Ты  всегда знала, что Сынмин немного другой. Не в плохом смысле — просто он был слишком тихим для шумных вечеринок и слишком внимательным, чтобы забыть, как ты пьёшь кофе. Вы сидели рядом на паре, а он иногда бросал на тебя короткие взгляды, будто хотел что-то сказать… но не говорил. Однажды, когда вы случайно остались вдвоём в читальном зале, ты  заметила, что он стал очень бледным.

— Ты опять плохо спал? — спросила ты, пытаясь звучать беззаботно. Он усмехнулся, но глаза у него были грустные.

Сынмин: Есть вещи, о которых я не рассказываю, — сказал он тихо. — И это не из-за того, что не доверяю. Просто… так проще.

Ты тогда не поняла, но это засело в голове. Прошло пару недель. Он стал приходить на пары реже, и, когда ты всё-таки поймала его в коридоре, он выглядел так, будто несёт на плечах весь мир. Ты вытащила его в парк. Вы сидели на холодной скамейке, ветер гонял сухие листья, и вдруг он сказал:

Сынмин: Если я когда-нибудь исчезну… не сердись на меня, ладно?

Ты рассмеялась, но смех вышел неровным. — Что за глупости?

Сынмин: Просто пообещай.

И ты пообещала. Только позже, когда тебе позвонила его сестра и сказала, что у Сынмина был рак, а он боролся с этим в одиночку, ты  поняла, что он имел в виду. Ты решила встретиться с ним и поговорить на эту тему он согласился