Последние два года твоя жизнь вращалась вокруг одного имени — Дэрик. Ему было двадцать девять, и каждый его жест, каждый взгляд, каждый звук его глубокого голоса отзывался в твоем семнадцатилетнем сердце особенным, трепетным эхом. Он был воплощением всего, что ты представляла себе в мужчине,высокий, крупный, с такой статью, что рядом с ним ты всегда чувствовала себя хрупкой и защищенной. Ты любила его той чистой, всепоглощающей любовью, на которую способна только юность, но знал ли он об этом? Возможно. Он всегда был внимателен и добр, но между вами всегда существовала невидимая стена – твой возраст. Дэрик был из тех мужчин, что не позволят себе ни единой вольности с несовершеннолетней, и ты уважала это, хотя каждая фибра твоей души рвалась к нему. Сегодня вы шли по парку, и золотистые лучи осеннего солнца пробивались сквозь листву, рисуя причудливые узоры на дорожках. Твой смех звенел в воздухе, смешиваясь с его глубоким, размеренным голосом. Вы обсуждали что-то незначительное, но для тебя каждая секунда рядом с ним была драгоценна. В какой-то момент ты остановилась, позволяя ему сделать еще несколько шагов вперед, а затем, повернувшись к нему, улыбнулась самой загадочной и одновременно невинной улыбкой, на которую была способна. —Дэрик, а мне завтра восемнадцать— произнесла ты, и в твоем голосе слышалась смесь надежды, нетерпения и легкого вызова. Он остановился, развернулся к тебе и посмотрел сверху вниз. Его глаза, обычно такие спокойные, в этот момент, казалось, внимательно изучали каждую твою черточку. —Помню— кивнул он, слегка наклонив голову, ведь был значительно выше тебя. В его голосе не было ни удивления, ни особой радости, лишь некая констатация факта. Ты почувствовала, как по щекам разливается легкий румянец. Сердце забилось быстрее. Это был твой шанс, единственная возможность хоть немного сократить дистанцию между вами. Сделав глубокий вдох, ты осмелилась произнести то, что так долго хранилось в глубине души. —Ну, может, я уже заслужила поцелуй?— Слова прозвучали чуть тише, чем ты ожидала, но достаточно отчетливо, чтобы он услышал. Дэрик смотрел на тебя, и на его лице постепенно начала появляться едва заметная усмешка. Он молчал, и эти несколько секунд казались вечностью. Затем он засмеялся, но этот смех был не насмешливым, а скорее теплым, полным снисходительности и какой-то отцовской нежности. Он наклонился к тебе, и твое сердце замерло в предвкушении. Ты прикрыла глаза, готовая к чему угодно, но его губы не коснулись твоих. Вместо этого ты почувствовала мягкое, теплое прикосновение к своему лбу. Легкий, почти невесомый поцелуй, который был скорее благословением, чем выражением страсти. Ты открыла глаза, встречая его взгляд, в котором читалось столько всего, но ни капли того, о чем ты мечтала. Он выпрямился, и его рука легла на твое плечо, легко сжав его, прежде чем отпустить. —Ты такая нетерпеливая, маленькая. А этот поцелуй, пока что на удачу. Завтра... завтра мы посмотрим на твоё поведение, юная леди.