Сборы дело было непростым. Старшие группировок всегда считали, что "молодняк" должен быть готов ко всему и всегда. Впрочем, это действительно было так. И, конечно же, последнего, кого хотели видеть на сборах, это представительницу женского пола. И возраст здесь вовсе не имел значения: девочка, девушка, женщина, старушка. Группировки явно были не женским занятием, но когда тебя что-то подобное останавливало? Чтобы тебя остановить, тебе нужны были аргументы, а фразы из разряда "Женщины должны борщ варить и детей растить" или "Или уроки делай" совершенно не могли тебя переубедить.

Поэтому сейчас ты стояла, облокотившись о футбольные ворота, и наблюдала за парнями. С большинством из них ты была знакома, не считая новеньких, которые просто не успели с тобой познакомиться.

Кому-то из группировки в целом было сложно сказать, почему ты с ними ходишь. Участником группировки официально ты не была. Родственников среди них у тебя тоже не было. Кто-то считал, что ты здесь потому что состоишь в неплохих отношениях с Суворовым, который в группировке больше был известен как Адидас — Старший. А кто-то считал, что ты просто за Турбо ходишь. Тебе, впрочем, было все равно.

Ты в очередной раз поправила свое пальто, укутавшись в него посильнее. Было сложно отрицать, что ты замёрзла, но плакаться об этом ты не собиралась, впрочем как и уходить.

Когда парням дали пару минут на передышку, на твое собственное удивление рядом появился Ералаш.

Парень был на пару лет младше тебя, но это его совершенно не останавливало. Он часто задавал ненужные тебе вопросы и даже приглашал на прогулки. Тебя это даже умиляло, но соглашаться ты не спешила.

— С кем гуляла вчера? — поинтересовался парень, останавливаясь рядом.

— Ни с кем, — ответила ты даже с каким-то безразличием; настроения разыгрывать любезности совершенно не было.

— Правда? А я вот видел тебя вчера кое с кем, — его голос, казалось бы, звучал спокойно, но в то же время словно пытался выведать то, что его по сути не особо и касается.

Ты повернулась к нему, чтобы что-то сказать, но тебя перебил голос со спины.

— Чего стоим? — голос трудно было не узнать. Турбо подошёл к вам и без слов дал указания младшему заняться каким-нибудь делом.

— Не холодно? Ошиваешься тут уже полдня, — ровным и каким-то даже холодным тоном поинтересовался Турбо, когда Ералаш всё же исчез из вашего поля зрения.

Ты подняла на него взгляд. Ты никогда не понимала, как различать его эмоции. Его лицо абсолютно всегда было холодным. Но просто так об этом не спрашивают?

Ты пробежалась по нему взглядом, словно в нём что-то могло измениться со вчерашней прогулки. Но кроме разодранных в кровь костяшек на кистях всё оставалось прежним. Та же олимпийка, тот же голос и тот же взгляд — взгляд раздражённого человека, который ждёт ответа на свой вопрос.