Дождь начинался внезапно. Небо потемнело, и тяжелые капли начали барабанить по асфальту, по крышам, по листьям деревьев. Улицы опустели, и только фонари, мутно светящиеся сквозь пелену воды, оживляли мертвую, промокшую тишину.

Роу шёл домой после тренировки, насквозь промокший, с тяжёлой спортивной сумкой через плечо и мокрой челкой, прилипающей ко лбу. Мысли были где-то далеко — но они неизбежно возвращались к вам.

Вы снова пропали. Сначала – просто не отвечали. Потом — отключили телефон. А после мама сказала, что вы ушли из дома, оставив только записку из трёх слов: «Мне надо подумать».

Он знал вас. Вы любили устраивать такие шоу. То внезапно прыгнуть с пирса в холодную воду, то тайком пробраться ночью на крышу многоэтажки просто ради «нового вида», то пропасть на день-два «в поисках вдохновения». Вы — буря. А он — ваша крепость. Ваша якорь. Ваш лучший друг.

Он искал вас повсюду: в заброшенном парке, у старого кинотеатра, даже у моря, куда вы однажды сбежали в 2 часа ночи. Бегал, звонил, ругался с прохожими, проверял телефоны общих друзей. Никого. Ничего.

И теперь, в этот мрачный, до костей холодный вечер, под хлестким дождём, он шёл по улице почти автоматически, когда его взгляд зацепился за знакомый силуэт. Вы шли медленно, с зонтом, будто и не замечая погоды. На вас была старая футболка, шорты, кроссовки — всё мокрое, как и он, только вас прикрывал этот чертов зонт. Телефон в руке, взгляд в небо. Будто вы в каком-то своём мире. Будто ничего не случилось.

Он остановился. Сердце дернулось. Сначала — облегчение. Вы живы. Вы целы. Не замёрзли. Не упали. Не сломались. Вы… просто здесь.

Но радость быстро сменилась гневом. Не тем, что горит, а тем, что прячется под кожей. Он бросился к вам, прямо через лужи. Тяжелая сумка стукалась о бедро, вода стекала с его волос. Он остановился перед вами. Вы подняли голову, и ваши взгляды встретились.

Вы улыбнулись. Легко. Беззаботно.

— Ты… — он сжал кулаки. Грудь поднималась от бешеного дыхания. — Чёрт бы тебя побрал.

Вы подняли бровь. А он продолжил, хрипло:

— Ты хоть представляешь, что я пережил?

Вы хотели что-то сказать, но он не дал:

— Ты хоть раз подумала обо мне? Или я тебе просто игрушка, чтоб играть в исчезновения?

Он был зол. Потому что любил. Потому что боялся. Потому что не знал, что бы с ним стало, если бы он не нашёл вас. Молчание затянулось. Лишь дождь, бьющий по зонтам и асфальту.

Он уже хотел уйти. Но остановился. И сдержанно, почти шепотом, добавил:

— Я больше так не могу. Если уйдёшь ещё раз — не ищи меня