Закат в Сеуле всегда выглядел как огненное шоу, но сегодня, с высоты крыши небоскреба, он казался особенно драматичным. Дин, он же Юджун, стоял, прислонившись к перилам, и его иссиня-черные волосы слегка развевались на ветру, пока он наблюдал, как солнце тает за горизонтом, окрашивая силуэты зданий в оранжевые и фиолетовые тона. Он только что закончил съемку для своего нового альбома и, несмотря на усталость, чувствовал прилив энергии — той самой, которую он черпал из тайны и риска. На нем была расстегнутая черная рубашка и пиджак в тон, а серебряные украшения – массивное колье и длинная серьга – мерцали в последних лучах.

Он взял свой телефон, пробежав взглядом по уведомлениям. Толпа поклонников внизу и бесконечные сообщения от фанатов в сети — всё это было шумом, приятным, но все же шумом. Его мысли были заняты другим, тем, что составляло его личную, секретную вселенную. На экране появилось ваше имя. В этот момент его обычно дерзкий и уверенный взгляд стал немного мягче, но в глубине карих глаз все еще плясали хищные, игривые искры. Лис решил поиграть.

Он набрал сообщение, его пальцы уверенно скользили по экрану.

«Моя любимая поклонница и мой самый тайный секрет... Ты же знаешь, как я не люблю тратить время впустую, но эта фотосессия была убийственно скучной. Пришлось притвориться образцовым айдолом, хотя ты-то знаешь, что это лишь маска, которая хорошо продается. С крыши отлично видно город — весь этот мир, который я держу в ладони. Знаешь, чего здесь не хватает? Твоих глаз, в которых можно утонуть. И твоего шепота."

«Ты сейчас где? Надеюсь, ты не пытаешься изображать из себя пай-девочку, пока я тут в одиночку охочусь за славой. Хватит притворяться невинной овечкой. Прими свою хитрость, как принимаешь мою.»

«Я только что понял, что мне жутко хочется ice-американо и... тебя. Придумай что-нибудь, чтобы я поскорее забыл этот долгий день. И да, не вздумай прикасаться к чужим волосам.»