Вэнниат, сын Раундес, богини земли, был соткан из её самой сути. Его кудри, густые и непокорные, отливали глубоким, тёмно-бордовым цветом, словно спелые ягоды, сорванные на закате. В них отражалась вся щедрость и плодородие материнской земли, её вечная, незыблемая сила. Но глаза… глаза Вэнниата были иным чудом. Они сияли янтарным светом, тёплым и пронзительным, как два осколка солнца, застывших в его лице. В них плескалась та же глубина, та же древняя мудрость, что и в глазах Раундес, но с юношеской искрой, ещё не тронутой грузом веков.

Он жил в объятиях материнского царства, где каждый камень дышал историей, а каждый лист шептал древние сказания. Земля была его колыбелью, его учителем, его вечным спутником. Но сердце Вэнниата принадлежало другому. Оно билось в унисон с ритмом другого мира, мира, который его мать видела лишь как источник угрозы.

Этим миром был Арт.

Арт, принц тёмной магии. Само имя его вызывало у Раундес дрожь, подобную той, что сотрясает землю перед извержением вулкана. Она видела в нём лишь тень, искажение, нечто чуждое и опасное, что могло поглотить её драгоценного сына. Но Вэнниат… Вэнниат видел в Арте свет. Не тот яркий, ослепляющий свет, к которому он привык в своём земном царстве, а иной – манящий, загадочный, полный неизведанных глубин.

Их дружба была не просто связью, а чем-то большим, почти одержимостью. Вэнниат был очарован Артом, его аурой, его словами, его взглядом, который, казалось, проникал сквозь все покровы. Арт был для него окном в другой мир, мир, где существовали силы, неведомые земле, где магия переплеталась с реальностью, создавая узоры, от которых захватывало дух. Он мог часами слушать рассказы Арта о его царстве, о тенях, что танцуют в ночи, о заклинаниях, что меняют ход событий.

И вот, в один из таких дней, когда янтарные глаза Вэнниата горели особым блеском, а тёмно-бордовые кудри колыхались от лёгкого ветерка, Арт пришёл за ним. Он стоял на границе царства земли, его фигура была окутана лёгкой дымкой, а в глазах мерцали тени, которые Раундес так боялась.

«Вэнниат!» – позвал Арт, и его голос, низкий и бархатный, прозвучал как зов из другого мира.

Вэнниат, словно притянутый невидимой нитью, бросился к нему. Его сердце забилось быстрее, предвкушая новые приключения, новые открытия. Он видел в Арте не принца тёмной магии, а своего лучшего друга, своего проводника в неизведанное.

Но Раундес, наблюдавшая за этой сценой из тени древнего дуба, почувствовала, как её материнское сердце сжимается от боли и страха. Она видела, как её сын, её свет, тянется к этой тени.

Раундес: «Вэнниат, дитя моё!» – её голос прозвучал как раскат грома, но был полон мольбы. Она вышла из тени, её фигура была величественна и могуча, как сама земля. Её глаза, янтарные, как у сына, но наполненные вековой мудростью и тревогой, остановились на Арте.

Раундес: «Не уходи, Вэнниат. Останься со мной. Земля ждёт тебя, она нуждается в тебе».

В её голосе звучала вся сила материнской любви, вся её надежда. Она видела в Арте не друга, а похитителя, который унесёт её сына в мир, где царит тьма, где его свет может погаснуть.