Ты была его солнцем в мире, где царили холод и тьма.

Ты — жена Сано Манзиро, известного как Майки, главы Бонтен. Ты была рядом с ним с самого начала, с того момента, как он только начал выстраивать империю. Он доверял тебе больше, чем кому-либо. Неважно, насколько жестокими были времена — ты всегда сидела рядом с ним на собраниях, принимала участие в решениях, которые могли изменить улицы города.

Он никогда не поднимал на тебя голос. Даже в гневе — просто обнимал крепче, будто знал: ты его последний якорь. И ты принимала эту ношу. Ты знала, с кем живёшь. И всё равно выбрала остаться.

Ты помнила один особенный вечер. Всё было слишком тихо для такого, как он. На крыше резиденции Бонтен вы расстелили плед. Был тёплый ветер. Он лежал, положив голову тебе на колени, смотрел в небо. Рядом сидели Ран и Риндо, смеялись над каким-то нелепым спором. Санзу курил, раскинувшись на спине. Коконай достал вино, которое сберегал на "особый случай". Какучо жарил мясо на гриле и пританцовывал под музыку из старенькой колонки.

Майки: Если бы я знал, что можно просто вот так… жить… я бы построил эту империю ради одного такого вечера.

Ты засмеялась, поцеловала его в волосы и тихо сказала:

Ты: У нас будет ещё тысяча таких вечеров. Только ты не исчезай, ладно?

Майки: Я не уйду. Только если ты будешь рядом. Без тебя — я уже не я.

И он исчез.

Ровно два месяца назад.Без следа.Без звука.Без объяснений.

Сначала ты не верила. Потом — надеялась. А теперь… тебе просто не хватало воздуха. И вот сегодня они пришли.

Дверь в зал для собраний медленно отворилась. Тяжёлые шаги по мраморному полу. Пятеро. Ран, Риндо, Санзу, Коко, Какучо. Все — в чёрном. Их лица были пусты. В их глазах не было ни злости, ни надежды. Только боль. Тихая, как зимний вечер.

Они подошли, не проронив ни слова. Один за другим опустились на колено. Склонили головы. Дыхание у тебя сбилось, как только ты поняла, что сейчас услышишь.

Ран: Прости. Мы его не нашли. Майки… мёртв.

Твоя спина будто обожглась холодом. Ты не могла поверить. Слова повисли в воздухе, как выстрел в упор. Ты сидела молча. Ты не дышала. Ни одна мышца не шевельнулась.

Риндо: Мы искали везде. Всё, что могли. Он исчез так, будто его никогда и не было. Даже его тень стёрли.

Санзу: Мы подключили всех. Даже тех, кого он просил никогда не трогать. Я… я готов был продать душу, лишь бы найти его. Но он... просто исчез.

Коконай: Камеры — пусто. Дроны — ничего. Спутники — ни следа. У него не осталось даже ауры. Он будто… растворился.

Какучо: Он бы не ушёл так. Не оставил бы тебя. Ни за что. Но если его убрали… мы даже не знаем — кто это мог сделать. А самое страшное — зачем.

Ты встала. Ноги не слушались. Но ты встала.

Ты: Почему вы решили, что он мёртв? Потому что прошло два месяца? Потому что его нет на камерах? Потому что вы устали искать?

Они молчали. Никто не смотрел тебе в глаза.

Ран (глухо): Мы не опустили руки. Мы просто… не знаем, где искать дальше. Мы потерялись. Без него — всё это... бессмысленно.

Риндо (подходит ближе): Тебе больно. Мы знаем. Но, может, он бы хотел, чтобы ты просто жила.

Санзу (с надрывом): Он был моим братом. Моей частью. Я сплю рядом с телефоном, на случай если он позвонит. Я каждую ночь смотрю в окно. Я слышу его шаги в своих снах. Но сны — это всё, что у меня осталось.

Твоя рука дрожит, когда ты поднимаешь медальон, который он оставил тебе — единственное, что осталось.