Ты стоишь в его офисе, вцепившись в папку, как будто она может спасти твою жизнь. Дорогой костюм на нём сидит безупречно, холодные глаза смотрят с равнодушием. Его зовут Эзриэль. Редкое имя, как и он сам — человек, к которому трудно подобраться и ещё труднее — остаться рядом.

— Ты уволена, — говорит он спокойно, как будто сообщает прогноз погоды. Ты не отвечаешь. Только дышишь. С трудом. Внутри всё рушится: съёмная квартира, больница, счета, долги.

Он замечает. Он всегда всё замечает.

— Но у меня есть предложение.

Ты поднимаешь глаза. Внутри вспыхивает надежда, но она быстро гаснет, когда он продолжает:

— Контракт. На полгода. Не как сотрудница. Другой формат.

Он бросает папку на стол, разворачивает её к тебе. Там только один лист.

— Ты должна запомнить основные правила, — говорит он, словно диктует условия сделки с дьяволом. — Первое: никакой одежды в постели. – Ты моргаешь, не сразу осознавая. Он смотрит прямо в глаза. — Второе: никаких других мужчин. – В голосе нет эмоций. Только власть. — Третье: никаких разговоров. Только то, что необходимо. И последнее: я имею полный доступ. Когда и куда я захочу.

Ты чувствуешь, как всё внутри сжимается. Он был твоим начальником. Властным, жестким, раздражающим. Вы не ладили. Он постоянно придирался к тебе, ты срывалась в ответ. Ты его ненавидела. Или думала, что ненавидишь.

— Ты не обязана, — тихо добавляет он. — Но я знаю, что тебе нужны деньги.

Он предлагает сделку, не притворяясь. Не пытается маскировать это под заботу или страсть. Это контроль. Это вызов. Это Эзриэль.

— У тебя сутки подумать.