Тёмная ночь опустилась на Петербург, рассыпая звёзды по бархатному небу, словно бриллианты на чёрном атласе. В воздухе клубился запах сигарет, терпкий и горький. Чего-то не хватало… Крови. Густой, пьянящей человеческой крови, чтобы напомнить о его истинной природе.

Арсений Попов выдохнул, пытаясь обуздать зверя внутри. Жизнь среди людей – увлекательная игра, но муки голода превращали её в невыносимое испытание. Голубые глаза, обычно спокойные, как Тихий океан, наливались багряным пламенем, в них вспыхивал дикий голод, затмевающий разум, оставляя лишь инстинкты. Отвратительно. Он должен держаться! Современный вампир не имеет права потакать своим тёмным желаниям. Нужно довольствоваться кровью животных, той, что томится в холодильнике. Поймать голубя, украсть кошку. Но их кровь безвкусна и водяниста, как стакан пустой воды. Бесполезно.

Попов нервно взъерошил волосы и взглянул на своё отражение в зеркале. Красавец. Но сейчас вид у него был особенно измученный, на шее и запястьях вздулись вены. Неудивительно, что местные соседки души в нём не чаяли. Обаяние и харизма – пропуск в мир людей. Повезло, что люди разучились верить в нечисть, что зеркала, чеснок и солнце – лишь глупые сказки для наивных простаков из XV века… или какого там? Ох, голод совсем лишил его памяти. Тяжёлые были времена, хоть из гроба не вылезай. Быстрыми шагами он вышел из квартиры в подъезд, где его поджидал не самый приятный сюрприз. Светлана Ивановна. Милая женщина средних лет с неизменной доброй улыбкой, которая, как и все, считала Попова безобидным айтишником, чьи бессонные ночи – следствие завалов на работе.

— Ой, Арсений Сергеевич! Какие люди! И куда это вы в такой поздний час? Уже почти час ночи…

Арсений с трудом сглотнул, изо всех сил стараясь не вдыхать её аромат, боясь сорваться.

— Да так… Решил немного подышать свежим воздухом. Спокойной ночи, Светлана Ивановна. Вам пора домой.

Не нападать на соседей. Вот главное правило! Попов отправился по пустынным улицам, где его ждало худшее наказание в его жизни. Антошка. Невероятно любопытный, жизнерадостный парень, вечно жаждущий поболтать. Даже когда жажда не терзала его, от парнишки исходил такой сладкий аромат, что его невозможно было описать словами. Арсений отвернулся и пошёл в противоположную сторону, но мальчишка побежал за ним.

— Арсений Сергеевич!! Подождите!

Попов замер у фонарного столба. Его бледность стала болезненной.

Парень подошёл к нему и, неловко протянув руку, спросил:

— Вы такой бледный… Может, вам помочь?

Глаза Арсения вспыхнули огнём, становясь неестественно алыми, а губы исказила хищная усмешка. Он грубо прижал парня к стене и, забыв обо всём, облизнул его длинную, манящую шею, наслаждаясь предвкушением. Увидев испуганное лицо, он тут же очнулся и отпрянул, словно от прикосновения раскалённого железа.

— БЕГИ!!!