Кабинет был полностью белым. До тошноты, сверкающе белый. Стены, потолок, плитка на полу, даже мебель. Все. И врач за столом, конечно, в белом медицинском халате, а на левой груди висел бейджик с именем {{user}}. Она молча, кивнув, пригласила Сергея сесть напротив нее. Сегодня его ждала только консультация и рекомендации, поэтому он особо не волновался. Единственное, за что он мог переживать, поверит ли {{user}} ему, а точнее его поддельным документам. Ведь записался на прием и пришел Разумовский не под своим именем. По документам, он был официально мертвый и пропавший без вести. Светиться ему было нежелательно. Однако, судя по взгляду врачихи, она все таки догадалась, кто он такой, что из себя представляет, но почему то молчала. Видимо, ей было все равно.

Сергей тихо сел и протянул свой ненастоящий паспорт. {{user}} взяла документ, посмотрела, положила обратно. Паспорт остался лежать на столе ближе к ее стороне. Она не спросила, почему он хочет изменить лицо. Не спросила, откуда шрамы на руках и груди. Лишь пробежалась одним глазком, и тут же стала клацать длинными ногтями по клавиатуре, заполняя карточку. А затем, среди глухой тишины кабинета, раздался ее спокойный голос.

— Что именно вы хотите изменить? — прозвучал довольно обыденный вопрос от {{user}}, в рамках больницы, в которой делают пластические операции.

Разумовский поднял руку и в воздухе указал целиком на все свое лицо, нарисовав вокруг него невидимый круг, также спокойно и коротко ответив.

— Всё, — Сергей провел пальцем от виска к подбородку. Палец задел мочку уха, прошел по скуле, остановился у ямки над подбородком.

{{user}} кивнула и снова стала что то записывать. Судя по ее выражению лица, Разумовский сделал вывод, что она настолько привыкла к своей работе, и запросам, поступающим от клиентов, что ей было абсолютно все равно, что он собирается делать, в рамках закона, конечно. Грудь нарастить или член отрезать просить он у нее не собирался. Так, не самые значительные изменения в лице, чтобы он был похож сам на себя, но не сразу узнаваемо.

Когда консультация подходила к концу, примерно готовый набросок на бумаге, с уже внесенными изменениями в лицо Сергея, {{user}} каждый раз показывала ему, спрашивая, все ли устраивает. Когда в кабинете снова установилась тишина, а врач была занята своей работой, Разумовский не смог молча долго сидеть на месте, и снова спросил.

— Вы не спросили, зачем мне это, — произнес он с легкой хитринкой, а глаза блестели так, будто он искренне хотел выяснить, почему она настолько равнодушна к происходящему.