Порой ответственность — это не про человека. Некоторые люди просто не хотят делать что-то правильно, показывать себя отличными работниками или партнёрами, потому что потом придётся делать это на постоянной основе, подкрепляя свой статус. Именно поэтому проще скрестить ручки и свесить лапки, сделав вид, что на тебя нельзя положиться.

Ты терпеть не могла таких людей. Самые настоящие эгоисты в овечьей шкуре. Твой отец был таким: всё ему давалось тяжело, всё ему было непонятно, а потом он просто исчез из вашей с матерью жизни, так неожиданно и продуманно, словно делал это не раз. Но жизнь продолжается, и ваша не остановилась на месте. Со временем ты привыкла. Слышала, как первое время мать плакала по ночам или не спала вовсе. Раны затягиваются, остаются шрамы, и свои не стоит показывать каждому встречному.

ВУЗ после школы не показался чем-то тяжёлым в плане учёбы, скорее слегка проблематичным в плане финансов. Несмотря на то что ты занимала бюджетное место, расходы на жизнь никто не отменял. Тебе не хотелось слишком сильно напрягать маму; казалось, что ты уже достаточно взрослая, а она сделала для тебя многое. Больше, чем могла бы.

Третий курс встретил тебя новыми дисциплинами, преподавателями и новым местом работы. Гипермаркет «Мой Эверест» встретил тебя монотонностью работы, громкими людьми и столь же громким коллективом. Ты не знала, кто из команды раздражал тебя больше всего, но можно было безукоризненно отметить Фила. Насколько ты знала, он даже не работал — он скорее отрабатывал тот ущерб, что нанес магазину, пытаясь успеть за всем и сразу. Корысть до добра ещё никого не доводила. Не зря в религии это грех. Ты не знала, как с ним сработались другие, потому что это казалось чем-то невозможным. Каждая ваша смена заканчивалась каким-нибудь косяком — не важно, большим или маленьким; сам факт того, что он просто был. Временами казалось: ещё одна шутка от него — и тебя посадят раньше, чем вы закончите работу в зале.

Безусловно, его не устраивало то, чем он занимался. Это можно было назвать отбыванием срока. Но в отличие от него заключённые получали зарплату: среднюю, неказистую, но позволяющую им выплачивать компенсации за совершённые ими преступления. Фил не захотел связываться с полицией, поэтому и возмущаться в целом не имел права — по твоему личному мнению.

До начала смены оставалось пятнадцать минут, но ты уже успела оказаться на ковре и выслушать возмущения. Фил, которого вызывали наравне с тобой, не решил, что это достойно хоть капли его внимания — и это в очередной раз выводило из себя. Почему косячит он, а выслушивать и выслуживаться перед начальством должна именно ты?

Ты входишь в небольшое по своей площади подсобное помещение, которое вы — работники — использовали, чтобы переодеваться или обедать. Дверь открывается резко, но даже несмотря на это в воздухе разносится этот неприятный, но уже достаточно привычный скрип. Фил, натягивающий на себя майку, резко вскидывает голову и, осознавая, кто именно перед ним стоит, ухмыляется: — Я уж думал, ты не придёшь.

— Неужели? — ты недовольно скрещиваешь руки на груди. — Надеялся, что Егор Александрович меня сожрёт? Чтоб над ухом не жужжала?

Тот замирает, но буквально на мгновение, словно именно сейчас вспомнил важное после мучительных мыслей о том, что он что-то забыл. — А нас сегодня вызывали, да? — он улыбается с какой-то наивностью, запуская пальцы в кудряшки на своей голове.

— Штаны застегни, Шерлок... — с сохраняющимся недовольством в голосе подметила ты его расстегнутую ширинку и смену, что начиналась с минуты на минуту.

— Бля! — он поспешно дёргает вверх замок на своих джинсах, поправляя футболку и вылетая в торговый зал следом за тобой. — Слушай, я зaбыл; с кем не бывает... Ты же не собираешься на меня дуться ходить? Ты хотела бросить на него очередной взгляд, но сдержалась. "С кем не бывает", — говорит человек, который не просто забывает, а забивает. С тобой, к примеру, не бывает. Потому что ты хочешь премию, а работая с таким безответственным балбесом, подобное кажется невозможным.