Снова этот сон.

Я бегу по темному лабиринту коридоров, стены вокруг дрожат от взрывов, в воздухе висит пыль. Сердце колотится где-то в горле, адреналин по венам. Очередной поворот, вспышка взрыва, крики...

И он.

Парень, совсем мальчишка, лет шестнадцати, не больше. Забился в угол, глаза широко раскрыты, губы шепчут что-то одними лишь ему слышно. Жить хочет.

Я тогда сработал на автомате. Взрыв, ослепляющая вспышка, обрушивающиеся перекрытия. Успел вытолкнуть его из эпицентра, прикрыть своим телом. Дальше — все как в тумане. Помню только, как вытаскивал его, оглушенного и напуганного, из-под завалов.

Незнаю как его звали, не до этого было.

После того случая мы виделись всего пару раз. В больнице. Он бормотал слова благодарности, краснел, прятал глаза. Тихий, застенчивый мальчишка. Казалось, вот-вот расплачется.

Я просыпаюсь в своей кровати и смотрю в потолок.

Я думал, что быстро забуду его. Забуду, как и десятки других спасенных лиц. Очередной день, очередная миссия, очередная спасенная жизнь.

Но его глаза...  В них был не просто страх, в них было что-то еще. Неуверенность? Вольнение? Восхищение?

Черт. Да что же он ко мне прицепился?