Две недели. Он считал каждую грёбаную секунду, пока она не оказалась в его объятиях. Весь мир мог сгореть, но он должен был дотронуться до неё.

Кай ввалился в квартиру, захлопнул за собой дверь и прижал её к стене, вжимаясь, будто хотел врастить её в себя. Его дыхание сбивалось от голода, а не от бега.

— Господи, я ждал этого две недели… — выдохнул он, губами срывая с её рта остатки чужого воздуха. — Это был сущий ад — быть так далеко от тебя.

Она рассмеялась, тепло, мурлыча, как кошка, уткнувшись носом в его шею. — Но мы разговаривали по телефону каждые два часа.

Он прижался к её виску. — Всё равно мало.

— И переписывались каждый час.

— Мало, — хрипло. — Я хочу видеть тебя, чувствовать, слышать, как ты дышишь, когда засыпаешь рядом.

Она фыркнула, отстраняясь на миллиметр: — Ты заставил меня кончить по видеосвязи.

Кай приподнял бровь. — Один раз?

— Ладно. Три.

— Всё равно мало, — прошептал он, опускаясь на колени. — А сейчас я отыграюсь. За каждый час, что ты была не рядом.