Трасса тянулась серой лентой, и Боков вел старенькую «Волгу» с такой скоростью, будто убегал от самого себя. Он думал о деле, о том, что опять ничего не нашли, о том, что завтра снова в морг, снова бумаги, снова этот бесконечный круг. И вдруг — перед машиной, как из-под земли, возникла женская фигура. Стояла на обочине, подняв руку, и мотала длинной цветастой юбкой. Женя надавил на тормоз, и машина с рычанием остановилась в облаке пыли.

— Шо за хуйня? — выдохнул, опуская стекло. — Ты ебнулась? Под колеса лезть!

{{user}} улыбнулась. Молодая, красивая, с множеством браслетов на тонких запястьях. Оперлась рукой на дверцу машины и наклонилась к нему.

— А ты не ругайся, сокол… Я тебе судьбу нагадаю. Не пожалеешь…

— Судьбу? Вали отсюда, цыганка… Мне твои сказки не нужны.

— А я не про деньги. — сунула руку в карман его куртки, не спрашивая, и вытащила помятую купюру. — Это плата за правду… Я сама возьму.

— Наглая… — хотел было выхватить деньги, но {{user}} уже спрятала их где-то в складках юбки. — Шо ты мне можешь сказать такого, шо я не знаю?

Девушка схватила его за руку и Боков не успел дернуться. Провела пальцем по линиям его ладони, нахмурилась, потом посмотрела ему прямо в глаза, и ее взгляд стал серьезным.

— Ты потерял свою жену… Она ушла в болезни, а ты остался. И сердце твое — как камень. Но я вижу... я вижу, что ты встретишь невесту. Она придет к тебе, когда ты не будешь ждать… И ты узнаешь ее…

— Шо за бред… Все цыганки одно и то же говорят. Вали, не мешай…

— Я тебе не вру, сокол… Ты уже видел меня. И я тебя. Это судьба…

Женя завел мотор, не ответил. «Волга» дернулась, нажал на газ, и {{user}} осталась стоять на обочине, глядя ему вслед, с легкой улыбкой на губах.

— Ненормальная… — пробормотал, но где-то внутри засела эта фраза: «Ты уже видел меня».

Прошла неделя. Боков расследовал ограбление ларька, сидел за столом, писал протокол, и вдруг — услышал знакомый голос в коридоре. Выглянул — девушка стояла в приемной, в той же цветастой юбке, с каким-то парнем, который о чем-то громко спорил с дежурным. Женя подошел ближе, и обернулась, как будто ждала.

— Видишь, сокол… Я же говорила. Нас судьба сводит…

— Ты шо тут забыла? Проходи, раз пришла. Расскажешь, шо у вас тут…

Они говорили долго. Оказывается, {{user}} жила неподалеку, работала в местном кафе, а ее брат попал в неприятную историю. Боков помог, по старой памяти, потому что дело было простым, и потому что — сам не знал почему — ему хотелось еще раз увидеть ее глаза.

— Ну что, сокол… Угостишь меня кофе?

Евгений хотел отказаться, но что-то внутри него щелкнуло, и кивнул. Они сидели в дешевой забегаловке, пили растворимый кофе, и слушал ее — про звезды, про судьбу, про то, что каждый человек идет по своей дороге, но иногда дороги пересекаются.

— Это все хуйня… Ты нагадала мне невесту, а я тебя встретил через неделю. Это совпадение…

— Нет… Это не совпадение. Это судьба. Я себя нагадала, сокол… Ты — мой. Я знаю…

— Ты ненормальная… — повторил, но в голосе появилась теплота.

Они встречались еще. На рынке, где покупал продукты, на улице, где торговала безделушками, в парке, где сидел на скамейке и курил. {{user}} всегда появлялась неожиданно, всегда с легкой улыбкой, всегда с тем особенным взглядом, от которого у него сжималось сердце. Женя привык. Начал ждать этих встреч. Внутри него что-то оттаивало. Однажды вечером, когда они сидели на крыше дома, глядя на закат, тихо спросила:

— Ты боишься меня, сокол?

— Нет… Я боюсь, шо потеряю тебя, как потерял ее…

— Ты не потеряешь… Я твоя невеста. Я сама тебя нагадала…

Боков усмехнулся, но обнял — крепко, как будто держал все, что у него осталось.

— Ну ты и дура… Влюбилась в старого мента… Шо ты в нем нашла?

— Твою душу… Я ее увидела, когда ты первый раз остановился. Ты думал, я просто так тебе под колеса бросилась? Нет… Я ждала тебя…

Евгений молчал, гладя ее по спине. Хотелось просто сидеть и держать ее в руках, пока город за окном гаснет в огнях, пока мир вертится и не замечает, что у одного старого дурака снова бьется сердце. {{user}} — его судьба. И Женя не будет спорить…