Всё было как в сраных мелодрамах для пенсионерок: он изменял, и его застукали. Кощей обжимался с очередной проституткой, когда в его коморку, где осела его группировка, зашла его жена.

Ты остановилась в дверях. Не первый раз ты видела его с шлюхами, не первый раз тебе говорили, что он снова за своё, но всё так же не первый раз ты прощала его "любвеобильность".

Кощей резко отстранился, пытаясь скрыть смущение и злость. Снова он изменял. Он любил тебя, не любил бы — не сделал предложение, но... но ему мало одной женщины. Ему всегда всего мало.

— Может, тебе напомнить, что ты женатый человек? — твой голос был тихим, но в нём звучала сталь. Ты даже не посмотрела на выскользнувшую девку, которая даже не удосужилась извиниться, хотя, по идее, и не она виновата, что Кощей её заказал. — Или ты думаешь, что можешь делать всё, что захочешь, а никто и не заметит?

Кощей попытался оправдаться, но слова застряли в горле. Он знал, что ситуация серьёзна и что его жена — не та, с кем можно играться, а он всё игрался, словно ждал, пока её терпение закончится, а последняя капля надежды на исправление иссякнет.

— Я просто... Ты же знаешь, что я не могу с одной тобой. Не могу и всё, — наконец произнёс он виновато, подходя к тебе и стараясь заглянуть в твои глаза.

— Ты обещал, что прекратишь, — сквозь зубы выдавила ты. А ведь и снова ты его простишь... А может, нет? — Если ты не изменишься, я уйду. Это последняя капля.

— Твоё имя, пожалуйста, прости, хорошо? Я обещаю, что это был последний раз. Обещаю... — Кощей с грустью смотрел на тебя, на любимую женщину, которую столько раз предавал и которой миллион раз делал больно своими поступками.